Профессиональная сеть фермеров и людей агробизнеса
 

Животноводство → Пастбище для карпа

+1
0
-1
Автор: gritchin
Пастбище для карпа
вт, 05.09.2017 15:59

Почему Ростовская область является лидером в России по производству прудовой рыбы? Какие её породы сегодня наиболее востребованы на рынке? Каковы особенности эффективного прудового рыбоводства? Насколько действующее законодательство отвечает запросам отрасли? Об этом и многом другом наш коррес­пондент расспросил Александра Ершова, управляющего семикаракорской ассоциацией «Большая рыба», на долю которой приходится почти треть производимой в регионе прудовой товарной рыбы.

Потенциал природной ренты

– В 2016 году в России было реализовано 170 тыс. тонн прудовой рыбы. Каждая десятая тонна из этого количества была выращена в Ростовской области. Почему наши пруды оказались урожайнее других?

– То, что Ростовская область выращивает в прудах 17 тыс. тонн рыбы – это, мягко говоря, немного. Потенциал куда больше. Даже в годы «развитого социализма» при старых технологиях область поставляла на прилавки ежегодно 32 тыс. тонн.

Наш регион относится к VI зоне рыбоводства – наиболее благоприятной по климатическим условиям для производства прудовой рыбы в России. У нас образуется природная рента. Рыбу вырастить здесь дешевле, чем в центре России. Плюс богатейшие водные ресурсы. Плюс удобное логистическое расположение хозяйства, рукой подать до мегаполисов: Москва, Санкт-Петербург, плюс прекрасный рынок – курорты черноморского побережья, Крым.

– Многие известные рыбоводные хозяйства СССР приказали долго жить в период постсоветской ломки. Ваше уцелело, хотя и существенно реформированное. Как удалось остаться на плаву?

– В СССР было четыре крупнейших рыбоводных хозяйства: «Сускан» в Куйбышевской области, Новочеркасский рыбокомбинат (Ростовская область), Донецкий рыбокомбинат (Украина) и наш рыбколхоз «Заветы Ильича». Из них остался сегодня один наш. Основан он был в 1929 году. А с 1961 года это рухнувшее хозяйство возглавил Иван Абрамов, который первым в Ростовской области стал заниматься прудовым рыбоводством. Рыбы тогда ещё и в Дону было много. После кончины Ивана Васильевича в 1985 году председателем избрали меня, работавшего здесь главным рыбоводом.

Была ситуация в 1990-е, когда никакую рыбу не покупали. Кредит под 150% годовых брать – повеситься. Пришёл я в «Ростоврыбком» к Ефиму Мазяру (он и сегодня, в свои 85, возглавляет эту ассоциацию). «Давай попробуем влезть в программу зарыб­ления водохранилища», – предложил Ефим Зиновьевич. Влезли. Сделали её. Улов в Весёловском водохранилище поднялся с нуля (точнее, с 4 тонн) до 400 тонн. Родное государство профинансировало нас в трудные годы. Мы не попали в долговую яму, из которой назад пути нет.

А позже ООО им. Абрамова эволюционным порядком, без банкротств, было реорганизовано ещё раз. В результате на базе рыбоводных участков колхоза, которые исторически были автономны, созданы самостоятельные рыбоводные хозяйства. Это решение, инициированное мною, отбило желание некоторых влиятельных людей прибрать к рукам колхоз им. Абрамова. Мелкие хозяйства, на которые он разделился, были для «денежных мешков» уже не столь интересны. Одновременно раздел позволил получить более управляемые и эффективные производства.

– Не все они объединились в ассоциацию?

– Большая часть вошла. Это «Семикаракорская рыба», «Рыбка», «Слободская сагва», «Рыбинвест», «Рыбколхоз им. Абрамова», ООО «Комбикорм». Я управляющий ассоциации, наёмный человек. В каких-то хозяйствах я в составе учредителей. Но контрольного пакета нет. По привычке относятся ко мне как к председателю колхоза. Связь с органами власти (дума, правительство) – по старой памяти на мне. Ассоциация работает фактически как единый организм.

– Какую роль в ассоциации играет рыбколхоз им. Абрамова, который вы возглавляете?

– Сегодня «Рыбколхоз им. И.В. Абрамова» – это очень маленькая организация: 12 человек вместе с обслугой. Нет прудов, насосных станций. Есть контора, цех по производству хлореллы, маленькая установка замкнутого водоснабжения (УЗВ) в бывшем стройцехе. Нынешняя функция колхоза им. Абрамова – высокие технологии в рыбоводстве: производство хлореллы, селекция и генетика. Этим занимаемся мы: я, гидрохимик-гидробиолог, ихтиопатолог, юрист, IT-инженер.

Комбикорм или зерно?

– Какую роль эти технологии сыграли в росте продуктивности ваших прудов? Известно, что хозяйства «Большой рыбы» на тех же прудах сегодня получают «урожай» значительно больший, чем прежде.

– Самую непосредственную. Мы в рыбоводстве за 15 лет сделали уникальный шаг вперёд и превысили дореформенный уровень на 1,5 тыс. тонн. Колхоз «Заветы Ильича» реализовывал максимально 3 800 тонн в год. Сейчас те же пруды дают 5 000 тонн.

В классической системе рыбоводства карп навеской 2 кг выращивается за три года. Это найдёте в любом учебнике: трёхлетний оборот. Мы добиваемся этого же результата за два года.

Система наша простая. Начинается всё с малька. Малёк не 25 г – стандарт, а 200 г. Легко: ты чуть раньше его получаешь на тёплой воде с помощью УЗВ, используешь меньшие плотности при подращивании и догоняешь навеску подрощенной молоди до 1 г не за две недели, а за десять дней. Делаешь огромную работу, чтобы была каша из дафний в вырастном пруду. И тогда рыба с 2 г за 10 дней вырастает до 10 г, а в конце сезона достигает 200 г. А из 200-граммового малька в следующем сезоне получить двухкилограммовую рыбу несложно. Со стогектарника получается 200 тонн. Это столько, сколько выращиваем 450-граммового с высокой плотностью посадки.

Малёк, выращенный на комбикорме, растёт на втором году в два раза лучше, чем малёк, выращенный на зерне. На зерне вырастить малька 300 г. ничего не стоит, но он не очень здоров. На втором году жизни 160-граммовый малёк, выращенный на комбикорме, догоняет по навеске 300-граммового малька, выращенного на зерне. Но не все с этим соглашаются. А причина проста: работать с зерном в разы проще с точки зрения технологии. Ты ошибся, зерно рыба сразу не съела. Зерно немного набухло. А если рыба не съела комбикорм в течение трёх часов, то он всплывёт, набухнет, начнёт «пыхтеть»: сразу видно, что прокол. Поэтому люди сами себе доказывают, что зерно лучше.

Вот передо мной таблица с результатами выращивания рыбы в разных хозяйствах ассоциации. В одном навеска при зарыб­лении была 165 г, навеска при вылове 1,7 кг. В другом навеска при зарыблении 350 г, при вылове – тоже 1,7 кг. В первом случае кормили малька комбикормом, во втором – зерном. Затраты на корм и время откорма во втором случае оказались выше.

– В советское время кормили только комбикормом. А результаты были скромнее.

– В советские годы кормить зерном не разрешалось. Но любое действо можно довести до идиотизма. Тогда только с февраля по май комбикормовые заводы Ростовской области вырабатывали комбикорм для рыбоводства и сразу свозили его в наши хозяйства. Чтобы в склады влезло, подталкивали бульдозером. Качество грануляции – никакое. Хранился он с марта по июнь. Основной расход – с середины июля по август. 70% комбикорма скармливается в эти полтора месяца.

Представьте: начальник слободского участка Ершов бегает вокруг склада и ищет способ забрать этот комбикорм, который слежался так, что надо ломом долбить. Выцыганиваю у шахтёров комплекс с фрезами для погрузки угля. Он отрезает стеной этот комбикорм.

В целом по кормовым свойствам зерно хуже комбикорма, но оно не хуже плохого комбикорма, который потерял все свои свойства при хранении при +50 градусах в металлических ангарах.

– В состав ассоциации входит ООО «Комбикорм». Выпускаете гранулы для рыбы?

– Да, мы построили свой комбикормовый завод, который делает то, что нужно по проверенным рецептурам. С комбикормом проблема одна: его надо донести до рыбы. В карповодстве это не всегда удаётся. Потери могут быть очень серьёзные. У нас до сих пор работают кормораздатчики проекта 1507, которые не делают уже лет 20. Их использовали в свинарниках для раздачи готового замешанного комбикорма. А мы используем их для замешивания комбикорма.

Мы сейчас делаем и хорошие гранулы, которые не раскисают в воде минут 40, это гранулированный комбикорм влажного прессования, он стоит несколько дороже. Рецептура нашего комбикорма проста: 40% зерна, 30% жмыха или шрота, 15% гороха, 10% отрубей, 3-5% дрожжей, могут быть витаминные добавки (премиксы) и лечебные препараты (пробиотики) для профилактики. Зерно покупаем волгоградское или из северных регионов через дилеров. Оно дешевле нашего. Комбикорм делаем в основном для малька, в нагульных прудах товарную всё равно преимущественно кормим зерном. Полностью обеспечиваем комбикормом свои хозяйства, и соседние рыбоводческие покупают.

– В чём секрет бренда «Семикаракорская рыба»? Почему на рынке чаще спрашивают именно её?

– Есть старая притча. У англичанина спрашивают: «Почему у вас такие замечательные газоны? Хотим и себе такие же». Англичанин отвечает: «Особого секрета нет. Сажаешь газон, ухаживаешь за ним 200 лет, он и получается такой». Так и с нашей рыбой. С 1961 года прошлого века на семикаракорской земле и сальской воде выращиваем её. За это время выращено более 150 000 тонн только товарной рыбы. Занимаются этим люди с огромным опытом и знаниями в рыбоводстве. Мы умеем выращивать хорошую, вкусную и красивую рыбу. Она тиной вонять не будет. Вот и сложился бренд «Семикаракорская рыба», и мы этим гордимся.

– Сегодня покупатель предпочитает нежирную прудовую рыбу. Вы научились её выращивать?

– Успех хозяйств ассоциации обусловлен тем, что мы умеем управлять системами в прудах, когда доля естественной кормовой пищи не опускается ниже предела, за которым у рыбы начинается нарушение обмена веществ. Предел этот, по моим ощущениям, должен составлять не менее 15%. Мы видим, что иногда подходим к этой границе, когда кормим рыбу чистым зерном и она получается жирная. А затем возникают проблемы с её реализацией. Рыба может переработать в жир съеденное зерно, но не может переработать в белок, потому что ей недостаёт незаменимых аминокислот, которые содержатся в естественной для водных обитателей пище. Это и менее эффективно для рыбоводческого хозяйства, потому что жир – продукт энергоёмкий.

Для меня как рыбовода пруд – это пастбище, за которым ты ухаживаешь, например вносишь удобрения или хлореллу – микроводоросль, засеваешь ею водоём, чтобы в пруду были не какие попало водоросли, а именно зелёные.

– Как-то на Ставрополье вечером я увидел над прудом электрические провода с зажжёнными лампочками, а под ними что-то чавкала рыба. Хозяин водоёма рассказал, что это карпы уплетают ночных бабочек, которые опаляют крылья и падают в воду. Таким образом он пополнял запасы естественной пищи для рыбы.

– Мы тоже используем этот способ. Главный эффект от него другой: на свет собираются дафнии. Когда карп ночью чавкает, это он их ест. Второй эффект: на свет лампочек прилетают различные насекомые. Поэтому рядом с лампочками надо набросать травы. Насекомые откладывают на ней яйца. Из яиц получается бентос. Этими червячками карп питается, они – витамин для него. И только в последнюю очередь – опалившие крылья бабочки.

– Жирная рыба – это по преимуществу карп. Растительноядные рыбы, как правило, имеют постное мясо.

– И спрос на них сегодня растёт. Растительноядные в этом году продались раньше карпа, этого никто не ожидал. Я знал, что будут лучше продаваться, но не знал, что настолько. Если говорить о толстолобе, то он ещё и дешевле. Это для покупателя сегодня важный аргумент. Эту рыбу ещё не оценили по достоинству. Да, есть вопрос, что толстолоб нужен крупнее: 2,5 кг. Для этого есть совершенно чёткое технологическое решение.

Рацион для амура

– Есть ещё истребитель камыша белый амур.

– Амур ест камыш в последнюю очередь. Сначала он ест мягкую водную растительность (рогалистник, водяную гречиху, нитчатые водоросли), что повкуснее. А камыш сожрёт, если не кормить его ничем. В один из маленьких прудиков, заросший камышом, я посадил плотненько амура. На год оставил, не кормил. Он выжрал всё, даже корни выгрыз. Оптимальная доля амура в водоёме, заселённом другими видами рыб, 10-15%. Важный нюанс: если кормишь комбикормом или зерном карпа, то амур забывает про камыш и ест то же, что и карп. Правда, оплачивает эти корма немножко хуже.

Учитывая возросший спрос на амура, мы заключили договор с соседями, которые не используют все пруды – не хватает сил. Взяли пруд, который не работал. Карпа туда не сажаем. Сажаем вместо карпа амура. Сделаем на нашем комбикормовом заводе комбикорм персонально для этой рыбы. Рецепты разработаны ещё в 1978 году. Это корма с очень большим количеством клетчатки, малопитательные. Мы сделаем для него дешёвенький комбикорм: 30% отрубей, 40% пшеницы и чего-нибудь ещё. И никаких дрожжей, никаких белковых добавок. У китайцев получается. А мы что, хуже?

– Вы выращиваете в основном гибридов. Насколько это важно?

– Межпородное скрещивание даёт в первом поколении вспышку выживаемости и усиления роста. Вот сравнительные показатели на наших прудах: +20% выхода у гибрида в сравнении с чистопородной рыбой. Словом, гибриды – это мощный резерв повышения эффективности прудового рыбоводства, который мы активно используем вот уже на протяжении десятилетия.

– Вы сами занимаетесь племенной работой, межпородным скрещиванием, получаете личинок и выращивае­те потомство. За это берутся сегодня немногие рыбоводные хозяйства. В чём выгоды?

– Главная – мы имеем своих племенных гибридов, в достоинствах которых абсолютно уверены. Они в значительной мере определяют «урожайность» наших прудов. А она у нас довольно высокая: 22 ц/га карпа. Кроме того, мы обеспечиваем племенными гибридами личинки и малька десятки рыбоводческих хозяйств России. Инкубационный цех, который находится в нашем хозяйстве ООО «Слободская Сагва», на вид неказистый, но крупнейший в России по объёмам производства. Кроме того, ООО «Слободская сагва» имеет официальный статус племенного репродуктора по карпу. Мощность цеха по прошлому году составила 200 млн личинок, это 10% от общероссийского производства. Себе нам требуется 20 млн личинок. Остальное продаём. В пакетах, заполненных водой и кислородом, личинку можно перевозить в течение 24 часов.

В предыдущие годы производство племенных гибридов карпа было нашим внутренним делом. Теперь широкомасштабное внедрение межпородных гибридов карпа в прудовое рыбоводство – отдельная общероссийская программа. При её разработке и реализации будет широко используется опыт ассоциации «Большая рыба».

– Продавая молодь, ассоциация берёт на себя функции сопровождения. Какие вопросы чаще всего возникают у фермеров-рыбоводов?

– Иногда вопросы задаю первым я. Вот фермер звонит: «Буду заниматься рыбоводством, хочу покупать у вас личинку или малька». Спрашиваю: «Куда будете сажать? Чем кормить? Какая цель?» Даю консультацию. Для ставка, в котором полно карася и другой сорной рыбы, не посоветую купить 5 млн личинки карпа и выпустить туда. Фермер будет сколько угодно ждать товарную рыбу, но не увидит её. Её просто съедят.

Другие звонят и спрашивают: «Что посадить, чтобы было дёшево и эффективно? Собрали деньги у населения, зарыбляем». Консультирую, как правильно сделать. И сколько посадить, и какой рыбы. Обсуждаем все вопросы технологии.

Часто говорят: «Хотим голого». Отвечаю: не надо. Вы его сажаете в пруд, где полно всяких болячек. Кто эту рыбу потом у вас лечить будет? Породистые всегда болеют больше. Это как и среди животных. А вот рыбы с большой долей наследственности амурского сазана растут медленнее, но их палкой не убьёшь. Если жара припекла и кислород в пруду упал до критических отметок, то породистый карп выдох­нет весь (у него порог кислородный три единицы), а карп-карась выживет (кислородный порог 0,5).

Плотность посадки. Для чего зарыбляете? Для продажи? Тогда надо ставить планку рыбопродуктивности хотя бы 15 ц/га. А чтоб на удочку народ приходил ловить, столько не надо, достаточно 3-4 ц/га карпа за счёт естественной кормовой базы. Норматив ещё сильно зависит от пруда и от зоны. Ближе к Калмыкии, где пески и сильно фильтрующие пруды, надо этот показатель уменьшать.

Простой вариант: основное время рыба растёт на естественной кормовой базе, а в августе, когда карп уже всё сожрал, можно и покормить. Как кормить, тоже важно. Карп учится очень быстро. Чтобы он привык кормиться с автокормушки, надо всего неделю. Он толкает маятник, сыпется корм, который он съедает. Когда он наелся и ушёл, корм не сыпется и не пропадает.

Как правило, мой телефон остаётся у фермера, и он потом звонит. «Красные точки на рыбе, что делать?» Такие простые случаи позволяют консультировать по телефону. Все, кроме крупных, где есть свои рыбоводы, консультируются.

Пик продаж – весна

– Хозяйства ассоциации реализуют товарную рыбу круглый год. На какой период приходится пик продаж?

– Сезон выращивания заканчивается в середине сентября. Затем до весны рыба не растёт. Но осенью, когда все сбрасывают пруды и рыба падает в цене, мы продаём минимально, только чтобы на жизнь хватило. Облавливаем в это время все большие водоёмы и сажаем товарную рыбу в садки живорыбной базы глубиной 2,20, где её передерживаем. Основные продажи начинаются с момента ледостава, когда уже нет браконьерской рыбы, когда хозяйства, не успевшие продать, не могут добыть рыбу из больших прудов. Таким образом, с января по апрель мы реализуем основной объём товарной рыбы. Золотое время для нас – великий пост.

– Получение посадочного материала считается более выгодным бизнесом, чем выращивание товарной рыбы. Тем не менее именно продажа рыбы даёт основной доход хозяйствам ассоциации. Почему?

– Чем меньше рыба, тем выше уровень рыбоводства. Для получения посадочного материала мы используем высокие технологии. Надо вырастить производителя, получить личинок. По деньгам это выгоднее, если всё получается. Если икру не отдали производители, будешь бедным. Затраты на выращивание товарной рыбы больше. Корма составляют 40% затрат, если много выращиваешь рыбы. А на малышах корма составляют 25%. Но спрос на посадочный материал трудно предсказуем. Договоры заключать невозможно. А товарную рыбу продать можно всегда. Это только вопрос цены. Поэтому 80% денег нашим хозяйствам приносит товарная рыба.

– Что, на ваш взгляд, мешает динамичному развитию отрасли?

– Для меня повод для пессимизма – неразумное законотворчество. Закон приняли, а выполнить нельзя. В этом главная опасность. Поясню на примерах. В ветеринарных правилах записано, что в головном пруду рыбоводческого хозяйства не должно быть сорной рыбы. А такого в природе не бывает. Выполнить нельзя. Значит, можно прий­ти и наказать за административное правонарушение: юрлицу – 300 тыс. В правилах записано: не допускать в рыбоводных прудах наличия рыбоядной птицы. Но это тоже невыполнимо, особенно с учётом того, что цапля – краснокнижная птица, её отстреливать запрещено.

Или вот ещё. Сейчас выстроили такую схему реализации живой рыбы, которая подталкивает дилеров говорить директорам рыбхозов: заплачу полностью, но выпиши мне половину объёма. Это не половину украсть, как когда-то. Сейчас продают хозяева, которые не будут сами у себя воровать. Причина в другом.

Вот дилер приезжает с товаром на рынок. И там ветеринар говорит: каждая тонна рыбы – 300 рублей за ветеринарный осмотр. Диллер показывает ему ветеринарный документ: рыба изучена в хозяйстве, безопасна. А у ветеринара свои требования: «Я её осматриваю, и ты за это должен заплатить». В Ростов из Семикаракорска дилер обычно везёт «Газель» с 600 кг рыбы. Продаёт её там два-три дня. Вечером уезжает, утром приезжает снова. И снова надо платить ветеринару по 300 рублей за каждые 100 кг. Поэтому старается взять накладную, в которой рыбы меньше, поскольку ветеринар берёт плату по этой накладной.

Казалось бы: есть документ, что рыба здоровая. Отвяжись. И проверяй браконьерскую рыбу, которая поступает без всяких документов и торгуется. Конечно, директор хозяйства может отказать покупателю: не буду занижать. Но если он раз, два откажет, то клиент в третий раз уедет в соседнее хозяйство. А избытка покупателей нет. По моим ощущениям, около 20% рыбы по этой причине уходит в тень.

– То есть реальные объёмы производства прудовой рыбы в области заметно выше?

– Не только в области, а по всей стране. Главное, что этот вопрос пересматривали в ветеринарном законодательстве. Пришли к выводу, что партия – это рыба, выращенная в одном пруду. А затем сделали сноску: партия – то, что загружено в одну единицу транспорта. И вернулись туда, где были. Каждое ветсвидетельство стоит денег. Речь только об оформлении ветеринарных документов на отгруженную рыбу. Ему некогда смотреть на рыбу, болеет она или нет. Он выписывает синий ветдокумент, скрепляя подписью. На каждую машину. Не потому, что ветеринары плохие. По закону так.

Можно, конечно, попытаться закрутить гайки. Например, поставить ещё постов десять ГАИ, чтобы они перевешивали рыбу. И такое было. Но дальше-то что? Да, люди, которые торгуют живой рыбой, хорошо зарабатывают. Но это очень сложный бизнес. Перестанут они этим заниматься.

– Чем закончилась эпопея с платой за воду для рыбоводства?

– Проблема пошла от новой редакции Водного кодекса. В двух местах его записано, как раньше: вода для аквакультуры бесплатна. А в одном месте не записали. В течение шести лет природоохранная прокуратура выдавала предписания: заключите договоры на водопользование. А в налоговом кодексе записано: если заключён возмездный договор, то он не может быть бесплатным. Рыбоводство включили в раздел «прочие потребители». Цена за куб воды для таких потребителей (к ним относятся сортиры на берегу моря) 3 руб­ля. Если в пруд на 1 га заливается 120 тысяч кубов воды, то за всю воду надо заплатить 36 млн. Это больше, чем любая расчётная прибыль, которую можно получить с хозяйства. В этой юридической схеме находишься в абсолютной зависимости от воли чиновника. Захочет – обанкротит тебя сразу.

Мы восемь лет бились, чтобы вышел новый закон об аквакультуре, в котором будет записано, что вода для рыбоводства бесплатна. В этой битве были потери. В Ростовской области было потеряно ООО «Казачка» – бывший Аксайский рыбокомбинат. Это 1 200 тонн прудовой рыбы. Когда они получили письмо прокуратуры о заключении договора в соответствии с Водным кодексом, хозяин завода подал в суд. И суд обязал ООО «Казачка» заключить договор на водопользование. «Казачку» закрыли после решения суда, понимая, чем чревато заключение договора. Решение вступило в законную силу и стало прецедентом.

Но мы в отличие от «Казачки», «тянули кота за хвост» и дошли до Верховного арбитражного суда. А затем вышел закон, который обозначил: вода для рыбоводства бесплатна. Но это не значит, что мы победили. Теперь оказалось, что решения на право использования водоисточника для забора и сброса воды, которые я имел, недостаточно. Нужно ещё одно решение — на право забора воды, за подготовку которого надо заплатить десятки тысяч фирмочке, которая умеет это делать.

Пока у нас в стране не появится ответственность чиновников за ущерб, нанесённый экономике, ничего мы не сделаем.

Статья опубликована в журнале "Деловой Крестьянин" № 8 от 02.08.2017 под заголовком: Пастбище для карпа
+1
0
-1
Автор: gritchin
Комментариев: 0

 

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать.

Новости партнёров