Профессиональная сеть фермеров и людей агробизнеса

Экспертные мнения → Аркадий Злочевский: Какие факторы сдерживают развитие зернового рынка РФ?

Без финансовой поддержки экспорта Россия может откатиться назад после зерновых рекордов 2017 года. Об этом заявил президент Российского зернового союза (РЗС) Аркадий Злочевский. По его словам, экспорт продукции растениеводства — правильно выбранный вектор развития, но он требует всесторонней поддержки государства. Пока ее нет, дальнейшее наращивание пахотных площадей и урожаев может обернуться перепроизводством.

Без финансовой поддержки экспорта Россия может откатиться назад после зерновых рекордов 2017 года. Об этом заявил президент Российского зернового союза (РЗС) Аркадий Злочевский. По его словам, экспорт продукции растениеводства — правильно выбранный вектор развития, но он требует всесторонней поддержки государства. Пока ее нет, дальнейшее наращивание пахотных площадей и урожаев может обернуться перепроизводством.

- Я бы хотел акцентировать внимание на аспектах, которые не принято озвучивать публично на фоне наших рекордов, - заявил Аркадий Злочевский на пленарном заседании во время форума «Югагро». - И это, к сожалению, не господдержка. Она играет ключевую роль в животноводстве, но никак не в зерновом секторе. Зерновой рынок развивался и продолжает это делать вопреки текущей госполитике. Единственное, что достаётся крестьянам, что называется, на сдачу, это погектарка. И всё, другой целенаправленной поддержки нет. Недавно начали маячить 5%-ные кредиты, они привлекательны и пользуются спросом, но мы знаем, кому досталась львиная доля — холдингам, крупняку. В итоге многие производители вообще отказались от привлечения сторонних ресурсов, и это главный ограничитель развития технологической базы нашего АПК.

В Европе аграрии получают в среднем 43-47 ц/га пшеницы. Мы тоже можем добиться подобного результата, но какой ценой? И как потом окупить инвестиции. Если почитать текущую конкурентоспособность, то выяснится, что подобный рывок требует технологии, которая физически неокупаема.

В 1996 году одну тонну пшеницы можно было поменять на две тонны солярки. Сегодня за тонну солярки надо отдать 5 тонн пшеницы. Много разговоров о диспаритете цен, но я скептически отношусь к ним, потому что с ростом производительности себестоимость падает: 15 лет назад она была по стране 2,5 тысяч за тонну, а теперь около 6 тысяч (не считая Кубани). То есть в целом выросла не сильно. Но главная проблема не в этом: давайте посмотрим, что нам в ответ дает рынок? За последние пять лет цены на пшеницу обваливались три раза. Да, было два хороших сезона, однако ту же пятилетку назад мы продавали зерно гораздо дороже, на уровне 350 долларов за тонну. Сейчас внешние цены около 190 руб на кг, но вот внутренние упали на 27-30%. Цена продажи в хозяйствах в среднем 6 тысяч рублей за тонну, на уровне себестоимости.

Ситуация в этом сезоне довольно критичная: главный драйвер роста зернового рынка — это экспорт. А никакая не господдержка. В аграрном секторе процесс импортозамещения стимулировал только обвал рубля. К сожалению, эффект девальвации держится пару лет, и он исчерпывается — мы видим, как опять начинает расти импорт. Это значит, что мы так и не создали никакую экономическую базу, чтобы ему противостоять.

Сейчас ведется много разговоров и о рекордах. Это действительно по многим показателям рекордный год. Впервые за всю историю страна собрала такое количество зерна — свыше 130 млн тонн. Мы побили даже советский максимум 1978 года (127 млн тонн). С учетом переходящих запасов это создает гигантский объём, около 150 млн тонн, который нужно распродавать. По-хорошему, нам надо вывезти не менее 55 млн тонн. Но существующая инфраструктура к такому не готова, причем не экспортная, в портах, а транспортная, внутри страны. Железные дороги, приёмка-отгрузка и т.д. Учитывая это, мы упираемся в цифру 45-46 млн тонн, их примерно и вывозим. В итоге получается, что мы не имеем достаточного уровня рентабельности даже для того, чтобы просто поддержать воспроизводство. А значит в следующем сезоне мы потеряем в технологичности, потому что нам не что будет купить нужные ресурсы. Рынок не дает этих денег.

Мы часто дискутируем с Минсельхозом, который предлагает возвращать заброшенные земли в сельхозоборот. Дескать, по стране 20 млн га забытой пашни. Но я каждый раз повторяю: «А зачем?». Куда сбывать произведенную на этих гектарах продукцию? Некуда. Прежде, чем возвращать земли в оборот, нужно сначала наладить рынки сбыта.

Слава богу, в нынешней госполитике появился приоритет в виде экспорта. Он становится фетишем госполитики, и правильно. Но пока что это все слова. Да, у нас появилась программа развития экспорта. Однако её стоимость, условно, три копейки, да и те заложены всего на год. Программа не продлена. А как поддержать экспорт, если не финансировать процесс? Это создание торгпредств, огромный пласт аналитической работы, чтобы знать все барьеры, осваивать рынки. Аналитический центр, созданный при Минсельхозе, только начал свою работу. И даже если он начнет быстро предлагать те или иные решения, то на их реализацию опять понадобятся деньги. А их нет. И это главная проблема на сегодня: нет денег, чтобы инвестировать в технологию, и чтобы поддержать главный драйвер роста АПК. Так что в следующем году я не жду никаких рекордов. Это не значит, что зерна будет мало, сельское хозяйство в России довольно инерционное. Но рекордов уже не будет.

 

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать.

Новости партнёров