Экспертные мнения → Климатолог Алексей Елисеев: «Предел прогноза погоды – несколько дней» [+ВИДЕО]

Засушливость на юге России растет из-за глобального потепления – и повлиять на нее в ближайшие десятилетия сложно. Аграриям надо адаптироваться, но готовыми придется быть всегда и сразу ко всему – от засухи до града. 

Почему долгосрочным прогнозам погоды не стоит доверять, надо ли фермерам покупать собственные метеостанции – и предстоят ли регионам юга «воздушные бои» за влагу, рассказал заведующий лабораторией теории климата Института физики атмосферы им. А.М. Обухова РАН, профессор кафедры физики атмосферы МГУ имени М.В. Ломоносова Алексей ЕЛИСЕЕВ.

«Планеты на земную атмосферу не влияют»

- Алексей Викторович, какие долгосрочные и глобальные факторы сейчас влияют на погоду и на климат? Ощущение, что погода немного сошла с ума – поздние заморозки, длительные засухи на юге, ливни в Центральной России...

- Тут надо разобраться в терминологии, потому что есть погода, а есть климат, и это разные вещи. Погода – это то, что меняется в интервалах от нескольких дней до нескольких недель. Климат же меняется от десятилетий к десятилетиям, гораздо более плавно. И среди основных климатических тенденций, которые следовало бы озвучить – это, безусловно, современное климатическое потепление.

- Как оно влияет на разные регионы России? Юг, Центральное Черноземье, Поволжье, Сибирь?

- Стоит начать, наверное, с России как с целого, потому что это огромная страна, содержащая большое количество природных зон, и расположенная в сильно континентальном климате в довольно высоких широтах. Поэтому на территории России климатические изменения, пожалуй, вообще самые большие среди всех стран. Если за XX век потепление на глобальном уровне составило около градуса с десятыми долями, то на территории России оно примерно в два с половиной раза больше.

Если переходить к отдельным регионам, то ситуация неоднородная.

На юге европейской части России самая значимая климатическая тенденция – общая аридизация климата, которая происходит в последние десятилетия. В Поволжье существенная междесятилетняя изменчивость, и даже, например, сток Волги от десятилетия к десятилетию значительно меняется.

Для юга Сибири характерно как раз потепление, которое до некоторой степени полезно для сельского хозяйства, потому что увеличивает длину вегетационного периода. Но при этом, опять же, меняется режим осадков.

- Эти тенденции будут нарастать или закрепятся на каком-то уровне? 

-  В настоящее время подавляющее большинство специалистов признает, что причиной происходящих изменений является прежде всего антропогенное воздействие на климат. Оно выражается в первую очередь в эмиссиях парниковых газов в атмосферу. Есть и другие воздействия, скажем, выделение аэрозолей, связанных с промышленной деятельностью и сжиганием не очень чистого топлива. Сельское хозяйство также частично приводит к выделению парниковых газов.

Но даже если не вдаваться в детали этих воздействий, то все прогнозы изменений климата и состояния окружающей среды должны включать в себя соображения о том, что будет с антропогенным воздействием на климат. Иначе нельзя. И это, в свою очередь, выводит задачу из числа только естественных наук – скажем, физики, географии, химии – и переводит частично в плоскость экономики и даже социологии.

А эти науки, к сожалению, не обладают достаточным предсказательным потенциалом на климатических масштабах. И поэтому говорить, что будет через 20, 30 или 50 лет, невозможно. Можно только сказать, что если антропогенное воздействие пойдет по такому-то пути, например, с нарастанием эмиссии, то будет такой-то ответ. Если по другому – то иной. Но все равно эти сценарии дают очень широкую вилку.

С уверенностью можно отметить лишь одно. Климат сам по себе – это явление планетарного масштаба, и он очень инерционный. Даже если прямо сейчас мы остановим антропогенное воздействие, еще несколько десятилетий нынешние тенденции потепления будут продолжаться с неизбежностью.

- Давайте тогда опустимся на другой уровень – текущего года. Какие погодные факторы будут влиять на основные аграрные регионы России в 2026 году?

- Тут я опять вынужден вас разочаровать. Дело в том, что у прогноза погоды есть теоретический предел – две недели. Все, что за ним… Сейчас делаются попытки давать более долгосрочные прогнозы, но оправдываемость таких прогнозов невелика, и их внедрение в практику – дело достаточно отдаленное.

На самом деле ситуация еще хуже – даже двухнедельный порог [реальной точности] прогноза еще не достигнут. Более-менее качественный прогноз – это несколько дней. И говорить о том, каким будет лето 2026 года, я лично не возьмусь. И ни один ответственный специалист не возьмется.

Да, когда наступает, скажем, зима, появляются люди, которые говорят: «Зима будет холодная». Или снежная, или еще какая-нибудь. То же и про лето можно сказать – засушливое, влажное… Условно говоря, эта матрица всегда заполняется каким-то количеством прогнозов. Потом, понятно, кто-то угадывает и говорит: «Видите, какой я умный, как я хорошо предсказываю». Остальные просто скромно замолкают. Вот в данном случае я бы хотел проявить ответственность и замолкнуть заранее.

- А кубанские фермеры говорили мне, что как раз очень хотели бы более долгосрочных прогнозов от Росгидромета…

- Я понимаю аграриев, поскольку им надо планировать свою деятельность. Я даже больше скажу, это интересно не только аграриям, но и специалистам в других областях, на действия которых влияет погода. Но надо понимать, что оправдываемость прогнозов невелика. Если вам дадут прогноз и честно скажут, что его оправдываемость 60% - как вы отнесетесь к этому? Скорее всего отрицательно: «[Соотношение разных вероятностей] примерно в равных долях». И кому такой прогноз нужен?

- Был такой «народный синоптик» из Украины Леонид Горбань – он предсказал засухи в России и Украине в 2003, 2010, 2024 году, основываясь на циклах движения планет. Есть ли действительно какие-то повторяющиеся космические или природные циклы, на которые можно ориентироваться – и предвидеть, например, засухи?

- На самом деле планеты вообще не влияют на состояние земной атмосферы. Влияет Луна, но на приливные силы. Эти приливы дважды в сутки хорошо известны, они связаны с гравитационным полем Луны. Что касается естественных [погодных] циклов – действительно, они в земной системе есть. Но большая часть из них имеет непостоянный период, часть – вообще плохо исследована. Плюс самих циклов достаточно много, и при наличии еще измерительного шума они друг дружке мешают. Поэтому, к сожалению, схема не работает.

- Тогда почти шуточный вопрос. Есть ли какие-то народные приметы о погоде, точность которых вы как ученый отмечаете?

- Нет. Тут даже в вопросе заключен ответ: «точность» подразумевает количественную характеристику. Потому что, говоря об изменении температуры или осадков, мы должны знать, насколько они изменятся. Если тех же осадков выпадет совсем чуть-чуть, то что называется «моросью», на сельском хозяйстве это никак не скажется. 

А все народные приметы – у них же чисел нет ни в одной. В свое время, кстати, в Росгидромете пытались статистическим образом проверить приметы. И выяснилось, что одна примета работает в одном городе, другая – в другом, и все это выглядит как-то совершенно бессистемно.

«Направление воздушных потоков изменилось»

- Попробуем посмотреть в обратную сторону, в прошлое. Засуха, которая случилась на юге России в последние два года: какие причины к ней привели?

- Я не занимался вопросами конкретно этих двух лет, но могу сказать, что изменения климата, происходящие в последние десятилетия, устроены так, что они способствуют ослаблению заноса влажного воздуха в район Кубани и Ставропольского края. Это способствует тому, что общее количество влаги в этом регионе уменьшается, что приводит к сокращению осадков вообще, к развитию засух. Ну и, соответственно, хорошо известно, что реки, расположенные на юге европейской части России, прежде всего Дон, Терек, заметно мелеют в последние десятилетия.

Вообще, если говорить о метеорологическом режиме в целом, то самой надежной характеристикой является как раз количество воды в реках. Там измерения относительно надежны даже для конца XIX века, когда гидропосты стали ставить более-менее регулярно – сама технология измерения относительно простая.

И, кстати, черноморский регион – он ведь тоже не отдельно находится. Эта тенденция иссушения характерна для всего Средиземноморья, частью которого является черноморский регион и регион между Черным и Каспийскими морями. Во всех них происходит общая аридизация климата и уменьшение речного стока.

- А что происходит именно с реками? Почему уменьшается их сток? И почему появились препятствия заносу влажного воздуха?

- Давайте начнем с конца, так будет проще. Это не препятствие появилось, а поменялось общее направление движения воздушных масс. И оно изменилось вроде бы несильно, но оказалось достаточным для того, чтобы в регион стало заносить сухие воздушные массы. Соответственно, участились засухи, потому что осадков стало меньше. А поскольку осадки являются естественным источником влаги для формирования воды в руслах рек, то и реки, соответственно, обмелели. Это все гидрологический цикл, его проходят еще в школе.

- А почему сменилось направление движения воздушных масс? Влияют антропогенные факторы?

- Судя по всему, антропогенные. Мы говорили о разных сценариях [изменения климата] – там совершенно четкий эффект. Чем сильнее эмиссия парниковых газов, тем больше происходит аридизация в Средиземноморско-Черноморском регионе. 

- Получается, именно в этом регионе выброс парниковых газов один из самых сильных?

- Нет, не выброс сильный, а влияние выбросов на осадки очень значимо, поскольку все регионы там важны [с точки зрения аграрного производства] – Кубань, Ставропольский край, Ростовская область. В Евросоюзе, например, это Болгария.

На самом деле этот регион проходит по границе субтропиков. Вообще субтропики – сухая зона сама по себе, там находятся все основные пояса пустынь.

И части субтропиков повезло, у них достаточное количество увлажнений, например, самый юг России, где находится Сочи. Но относительно небольшое изменение циркуляционных свойств приводит к тому, что [выпадающей нормы] осадков становится недостаточно для поддержания баланса. 

На это еще накладывается другой усиливающий факт – возрастает так называемая влагоемкость атмосферы. Возрастает испарение, потому что оно происходит в эффективно более сухую среду.

Понятно, если мы поставим обычную кастрюлю с водой во влажной комнате, она будет меньше испаряться, потому что и так достаточно влажности. В сухой комнате испарение будет быстрее. Вот нечто похожее происходит и в атмосфере. Увеличивается влагоемкость, атмосфера становится эффективно более сухой, усиливается испарение. Если при этом еще дополнительно ослабевает приток воздуха… Ну, естественно, мы имеем общую аридизацию климата.

- А мы можем как-то повлиять на это? 

- Нет, циркуляция атмосферы – штука достаточно жесткая [и глобально взаимосвязанная]. Соответственно, мы должны поменять циркуляцию на всей планете и вернуть ее на уровень, который был, например, в начале XX века. Для этого надо ослабить антропогенное воздействие, опять же, глобальное. Ослаблять его в каком-то отдельном регионе – занятие не очень эффективное. Скажу для примера: Россия – огромная страна, карбоноемкая, в том смысле, что нам приходится отапливать наши жилища при относительно холодном климате. Также у нас есть заметное количество устаревшего автотранспорта… Но на все про все – это 3% от мировых антропогенных эмиссий [парниковых газов]. То есть если Россия перестанет отапливать помещения, ездить на автомобилях, остановит всю промышленность, мировые эмиссии уменьшатся на 3%.

Причем эмиссии – это не концентрация углекислого газа, это ее изменение. То есть мы изменение концентрации год от года уменьшим на 3%. Ясно, что даже для такой страны, как Россия, это неэффективно. Должны быть усилия мирового сообщества.

Об этом, кстати, говорится на различных международных форумах. Там есть такое понятие, как климатическая справедливость. Потому что зачастую экономически выгоды от выделения парниковых газов получают одни страны, а проблемы, экономические и социальные, связанные с изменением климата, несут совершенно другие. Но мы ничего не можем с этим поделать, потому что климат – это явление планетарного масштаба.

- Есть две версии о том, почему на юге могла пройти засуха. Одна – разрушение Каховского водохранилища, с поверхности которого раньше активно шло испарение. И вторая: влияние следов от ракет, летящих в сторону Украины. Что вы об этом думаете?

- Что касается второй, то она совсем уж экзотическая. Это давняя тема климатических исследований – след, оставляемый сверхзвуковыми самолетами. Известно, что их эффект на климат очень незначительный.

Насчет разрушения Каховского водохранилища – я думаю, это тоже маловероятно, хотя тут не повредили бы детальные расчеты. Но я думаю, скорее нет, чем да, потому что помимо водохранилища еще есть Азовское, Черное море – куда более крупные водные объекты. И вообще, в регионах с развитой растительностью основной перенос влаги в атмосферу – это не испарение из озер, рек, а так называемый эффект транспирации. Растение выкачивает влагу из земли и испаряет ее сквозь листья в атмосферу.

Но эффект влияния от разрушения Каховской дамбы, безусловно, интересен, по крайнем мере, с академической точки зрения. 

«Массового применения самолетов, скорее всего, не будет»

- К каким еще эффектам приводит повышение засушливости климата – в первую очередь, для сельского хозяйства?

- Конечно, все понимают, что растения требуют влаги, и в условиях чрезмерно засушливого климата выращивать те или иные культуры становится затруднительно.

Тут можно было бы спастись орошением, но это дополнительные траты, а во-вторых, надо понимать, что в условиях более засушливого климата мы истощаем подземные воды. И тот же эффект обмеления рек станет еще более заметным. Самый известный подобный факт – несчастная река Амударья, из которой так хорошо забирали воду на орошение хлопковых полей во время советского периода, что она практически пересохла. А с ней пересох и Арал, куда она несла свои воды.

Поэтому основной эффект остается – это уменьшение влажности. Еще я бы хотел сказать о перестройке типа осадков. Потому что одно и то же количество осадков за сезон может выпадать по-разному. Есть обложные осадки – такие спокойно идущие дожди. А [все чаще] бывают ливневые, даже с градобитием. И большая масса воды, которая выливается [одномоментно], может вызвать подтопление корней растений. А им нужен кислород.

И такой переход от обложных осадков к ливневым характерен при общем потеплении климата. Еще он выражается тем, что увеличивается частота молний. И вот эти эффекты, на самом деле, не менее важны, чем общая аридизация климата.

Кстати, немного отвлекусь от юга России. За последние годы – буквально впервые – были зарегистрированы молнии в достаточно глубокой Арктике. Это говорит о том, насколько далеко зашло глобальное потепление.

- Про изменение типа осадков говорят и аграрии: интенсивные ливни выпадают внезапно, очень локально и абсолютно непредсказуемо. Почему именно так происходит?

- Это эффекты, связанные с атмосферной конвекцией. А она, в свою очередь, возникает потому, что нагрета поверхность земли – то есть здесь прямая связь с климатическим потеплением вообще.Конвекция выражается в очень сильных восходящих [воздушных] токах. По горизонтальной протяженности они небольшие – до километра. При этом, поскольку они сильные, снизу поднимается огромное количество влаги. В более высоких слоях атмосферы происходит конденсация. Иногда она формирует и ледяные частицы, тот самый град. Вообще ливневые дожди – это, как правило, изначальные ледяные частицы, которые растаивают по дороге вниз.

Конвективное облако формируется буквально минут за 40, редко за час – и естественно, предсказать его при нынешних технологиях просто не удается. Можно предсказать вероятность конвекции, но не на уровне выпадения ливня в каком-то поселке.

- Я правильно понимаю, что тенденция с интенсивными ливнями и градобитием на юге будет нарастать? Многие аграрии не хотят страховаться от града. Может быть, пришло время?

- Тенденция будет нарастать, и она вряд ли будет надежно предсказуемой в масштабах ближайших десятилетий. Я бы не хотел вдаваться в экономические детали, а тем более в вопросы страхования. Но надо понимать, что да, вероятность градобития растет.

- Вы упоминали, что локальные осадки сложно прогнозировать. Среди аграриев набирает популярность идея покупки собственных метеостанций – потому что сил Росгидромета не хватает. Могут ли они помочь в прогнозах?

- Сеть Росгидромета действительно недостаточна. Но она во всех странах такая. И очевидно, что все упирается в финансирование. Поэтому любое расширение сети надо приветствовать, и на мой взгляд, целесообразны льготы тем аграриям, которые поставят метеостанцию. Но надо, чтобы метеостанции соответствовали требуемому уровню, и чтобы аграрии передавали показания в Росгидромет. Тем более, сейчас это можно делать автоматически.

Что же касается прогнозов… В смысле предсказаний погоды конкретному фермеру это вряд ли поможет. Ни один поселок или даже крупный город сам по себе в климате не живет; он часть общеклиматической ситуации на планете. Поэтому общее увеличение сети метеостанций – это благо. Но прогноз все равно надо делать не по одной станции, а по так называемому региону влияния. Грубо говоря, есть скорость движения воздушных масс. За сутки они проходят какое-то расстояние – вот, получается, регион влияния. И чтобы предсказать погоду, вы должны знать ситуацию за сутки в том регионе, откуда эти воздушные массы пришли. Поэтому себя аграрий не спасет [покупкой метеостанции], но полезный вклад, несомненно, сделает.

- В прошлом году много обсуждалась история с вызовом дождя на Ставрополье при помощи самолета. Как вы относитесь к этой идее? 

- Ну, определенный смысл в этом есть. Известно, что осадки можно вызвать, засеивая облака теми или иными частицами. Чаще всего используют йодид серебра. И если облако шло – и по метеорологическим законам должно было пролиться в каком-то регионе, но его заранее засеяли – оно до него не дойдет, прольется раньше. Но для этого надо иметь хорошую информацию о метеоситуации – поймать по дороге этот облачный фронт, [вовремя] засеять, потому что это тоже требует времени. И одним самолетом тут не отделаешься, надо какую-то воздушную флотилию иметь, [протяженность] облака – сотни километров.

- А как в принципе работает это «засеивание»? Для чего нужно йодистое серебро?

- Оно служит ядрами конденсации. Облако – это конденсат с мелкими каплями. На протяжении цикла жизни облака мелкие капли сливаются в крупные, плюс идет дополнительная конденсация за счет диффузии водяного пара к каплям. Когда капля становится большой, она падает вниз. Йодистое серебро увеличивает число первоначальных мелких капель, которым потом проще сливаться в крупные.

- А это безопасно для человека и посевов? Не выпадет потом вредный «серебряный» дождь?

- Йодистое серебро химически инертно, да и используется оно довольно ограниченно. Поэтому говорить о каком-то серьезном влиянии на экологию не приходится.
Если это будет использовано на уровне нескольких событий в год, то вряд ли как-то скажется и то, что отдельный фронт прольется не совсем там, где ему положено. Все равно он прольется недалеко от этого места. Если это будет на уровне, что каждая деревня начнет засеивать самолетом облака около себя… Ну, я не знаю, что тогда. Таких расчетов никто никогда не делал.

- Рисуется то ли комичная, то ли апокалиптичная картина – регионы юга дерутся за атмосферный фронт, дербанят его в поисках влаги… Насколько это реально?

- Я думаю, что массовое применение этого эффекта будет таким дорогим, что полностью его обессмыслит. Ну, кроме тех, кто непосредственно это будет делать и брать за это плату. Там небольшое число бенефициаров, но в смысле общей агроситуации, скорее всего, серьезной пользы не будет.

- Если представить, что засушливые тенденции нарастают и дальше – как на это реагировать государству и аграриям?

- Для меня очевидно, что раз уж климат будет меняться – и с антропогенным воздействием даже на национальном уровне мы мало что можем сделать, то приспосабливаться должно сельское хозяйство. Это может быть выведение более устойчивых сортов растений, выращивание урожаев в закрытых помещениях, типа тех же парников. Может быть, переход к другим сельхозкультурам или вообще – частичная замена растениеводства животноводством. Не будучи специалистом по сельскому хозяйству, более детально говорить не возьмусь.

- Насколько реально ждать повторения засухи, как в прошлом году? Или это все еще некая двухлетняя аномалия?

- Аридизация климата выражается в том числе в увеличении частоты засух. Но частота – вещь вероятностная. Засуха может случиться в 2026 году, а может не случиться. Так же и в 2027. Мы сейчас не можем прогнозировать с достаточной степенью достоверности даже на ближайшие полгода. Поэтому к засухе надо быть готовым, но утверждать, что она прямо случится, я бы не стал.

- Получается парадокс: случиться может что угодно, но заранее предсказать это сложно, поэтому надо просто быть всегда готовым ко всему…

- Звучит разумно, хотя это слишком широкая вилка возможностей. Но пока мы не придумаем что-то, что позволит нам более-менее достоверно предсказывать погоду с конца зимы хотя бы до середины лета… Ничего не поделаешь.

- Давайте так: в каком диапазоне времени аграрию можно в принципе доверять прогнозу погоды?

- К сожалению, всего несколько дней.