Экспертные мнения → «Нам нужна не мозаика сортов, а мозаика селекций»: Александр Лабынцев – о прошлом сезоне и стратегии осенней посевной [+ВИДЕО]

Работа в засушливый период требует от агрария особой внимательности – любые лишние траты могут обернуться в минус. Например, в прошлом сезоне пшенице не стоило давать большие дозы удобрений – тем более, единоразово. Это только привело к лишним потерям, считает доктор сельхознаук, профессор, агроконсультант Александр Лабынцев. В интервью Agrobook.ru он рассказал, какие еще ошибки допустили аграрии, какими культурами сегодня выгоднее насытить севооборот – и как лучше выстроить стратегию осенней посевной.

Эта беседа – первая в нашем новом проекте «Засуха-2025: итоги и уроки». В рамках него мы обсуждаем с аграрными экспертами особенности ушедшего сезона – и намечаем контуры будущего. 

«Год уникальный, но поучительный»

- Давайте начнем с общего анализа ситуации. Прошлый сезон по многим показателям, в первую очередь, агроклиматическим, называют уникальным. Согласны ли вы с этим и в чем проявилась эта уникальность? Какие тенденции вы заметили?

- Ну, в сельхозпроизводстве не бывает неуникальных лет. Просто в одном случае слишком влажно, как в 2023 году, в другом случае, как сейчас, засушливо с заморозками. Если мы посмотрим в ракурсе земледелия Ростовской области за последние 60 лет, то у нас бывали двух-, трех- и даже пятилетние засушливые циклы. Поэтому в этом плане 2025 год отличается тем, что он собрал в себе комплекс неблагоприятных факторов.

Причем если раньше засуха в основном поражала самые критичные – Восточную и Северо-Восточную – зоны области, то в этом году все перевернулось. В первую очередь пострадала Приазовская, Южная и Центральная орошаемые зоны. В меньшей мере пострадал северо-запад и северо-восток, и можно сказать, прекрасно себя показал восток области. Особенно такие районы, как Дубовский, Ремонтненский, Заветинский, где всегда была ситуация крайне сложная по осадкам, по урожайности. В этом году они выглядят гораздо лучше, чем большинство южных районов.

Так что, с одной стороны, год уникальный, а с другой – поучительный, особенно для тех аграриев, кто не верил, что могут наступить такие условия на юге. И когда в 2024 году первым звоночком было то, что у нас по Правобережью прошли серьезные заморозки, которые захватили Луганск, Донецк, всю левобережную часть, начиная от Чертково, Миллерово – и заканчивая Неклиновским районом, то в этом году заморозки практически прошли по большей части Ростовской области.

Но основным фактором, который обеспечил столь неблагоприятную ситуацию, стала, конечно, влага. [Нехватка] которой прогнозировалась, которую было видно, и по которой было уже ранней весной понятно, что надо действовать очень аккуратно.

- По сорнякам, болезням и вредителям – какие у вас наблюдения? 

- В любой засушливый сезон, если он длится не один год, а два, три, то определенный спектр сорняков начинает проявляться больше. В этом году якорцы – давно их не было в таком количестве. Правда, этот сорняк большой проблемы аграриям не создает, он стелющийся, и опасности не представляет.

А вот что касается эгилопса, или дикой цилиндрической пшеницы, этот сорняк проявил себя в полной мере, существенно конкурируя за влагу и элементы питания с озимой пшеницей.

Если говорить о подсолнечнике, то здесь актуален такой сорняк, как традиционная марь белая, амброзия полынолистная. Там, где недодали гербицида, особенно по экспресс-технологии, он составил очень серьезную конкуренцию подсолнечнику – и стал одним из факторов снижения его урожайности, наряду с дефицитом влаги.

Что касается вредителей, в этом году была очень серьезная вспышка листовертки пшеничной. По Приазовью, даже по Центральной орошаемой зоне, этот вредитель нанес существенный урон.

И еще хлебная жужелица продвинулась уже до Воронежской области, граничащих с нами районов. Это показывает, что идет аридизация климата, и южные вредители начинают продвигаться все выше и выше.

По болезням: было достаточно сухо, такие прикорневые гнили, как гельмитоспориоз и фузариоз, не проявляли себя. В основном это происходит, когда с осени у нас хорошо развитая озимая пшеница.

А вот что проявилось сильно, и по результатам фитоэкспертизы мы это видим, – бактериозы и альтернариозы.

В этом году, мы ожидаем нашествия мышевидных грызунов. К ним надо готовиться уже сейчас и иметь в виду, что эти вредители достаточно опасны.

«Зачем удорожать продукцию?»

- Какие основные ошибки хозяйств выявил этот год? Какой опыт из них можно извлечь?

- Есть ошибки технологические, а есть финансовые. Если говорить о первых, то это отсутствие внимания к рекомендациям, которые давались. Их игнорирование привело к тому, что большинство сельхозпроизводителей схематично отработали по внесению удобрений.

О чем идет речь? Мы видели весной, что в метровом слое почвы во [многих] хозяйствах содержится от 60 до 80 миллиметров продуктивной влаги. 

То есть рассчитывать на урожайность более 3−4 тонн при таких запасах влаги не приходилось.

Более того, по Ростовской области к 1 февраля 2025 года еще не взошло 300 тысяч гектаров озимой пшеницы. Она только в феврале взошла. По рекомендациям отдельных ученых, на этих полях при дефиците влаги стали «разгонять» вегетативную массу.

Но это хорошо работает, когда влаги достаточно. А когда ее дефицит, то получилось вот что: внеся высокие дозировки азотной подкормки (от трехсот и более килограмм), нарастили вегетативную массу – и почти израсходовали запасы влаги, что были в почве. И когда подошла основная фаза цветения, налива и формирования зерновки, влаги оказалось недостаточно. И это крайне негативно сказалось на натуре, на массе тысячи зерен. Итог – снижение урожая.

Наиболее эффективными дозировками аммиачной селитры в этом году были 150−200 кг – для черноземов обыкновенных. Для черноземов южных 100−150 кг, для каштановых – 100 кг. Больше не надо было вносить по тем запасам влаги. Никто этого, конечно, не учел.

Следующий момент – болезни. В этом году не было никакой необходимости работать по листовым пятнистостям и по болезням колоса. Эти затраты ничего не давали, потому что не было сильных проявлений эпифитотии болезней. Соответственно, уже второй год подряд мы наблюдаем, что в Ростовской области фунгициды нецелесообразно применять ни агротехнически, ни экономически. 
Если после фазы колошения мы видим, что потенциал урожайности формируется меньше 3,5 тонн, какой в них смысл? Зачем удорожать продукцию? Конечно, есть исключение, когда идет какая-то вспышка серьезных заболеваний, тот же фузариоз. Если он начинает проявляться, то тут мы вынуждены работать, иначе не продадим это зерно.

- Засуха у нас повторяется второй год, и много разговоров, что и на третий будет так. Какие у вас ожидания?

- Судя по тому, что у нас иссушен двухметровый слой, вероятность того, что и на третий год будет засушливая ситуация, где-то 90%.

- Вы упомянули в начале про неравномерность выпадения осадков. Что нужно делать аграриям, чтобы быть готовыми к резко меняющимся условиям буквально год от года?

- В Ростовской области больше половины площади под озимой пшеницей – это сорта краснодарской селекции. Все они высокопродуктивные и требовательные к условиям минерального питания и влагообеспеченности. У нас на территории области есть два селекционных центра, Северо-Донецкий и Зерноградский, которые мы не используем. Поэтому нам сейчас нужна не мозаика сортов для области, а мозаика селекций. То есть, если по северу области хорошо себя показывают северодонецкие сорта, то это одна локация. Для востока области хороши зерноградские и ставропольские сорта.

А для юга, конечно, краснодарские – вперемешку с зерноградскими. Потому что, если вы ставите потенциал урожайности 5 тонн, то нет смысла привлекать краснодарский сорт. А если ожидаемый потенциал урожайности 8−9 тонн, тогда есть смысл. Но для этого должен быть соответствующий ресурс по влагообеспечению.

«Озимый клин надо сокращать»

- Каждый год фермер находится между двух огней. С одной стороны, это научно обоснованный севооборот и необходимость его хоть как-то соблюдать. С другой стороны, требования рынка. На какие культуры вы советуете делать ставку?

- О научном севообороте остается только мечтать, потому что его практически никто не соблюдает, за исключением отдельных хозяйств. И в целом структура посевных площадей по Ростовской области перекошена в сторону озимой пшеницы. Из 5,7 млн га пашни у нас около 800-900 тысяч – это пары. То есть посевная площадь в регионе составляет 4,5-4,8 млн га, вот так по годам колеблется. Так вот, три млн га мы сеем озимой пшеницы. Мы сами создали себе проблему, которую надо ликвидировать. По научно обоснованной структуре посевных площадей озимая пшеница должна занимать не более 2,5 млн га. Это предел.

С другой стороны, озимая пшеница – это основная культура, дающая рентабельность аграрию. И еще подсолнечник.

Площади посева других культур не те, чтобы решать вопросы экономики. Возьмем горох – в лучшие времена его сеяли у нас на 170 тысячах га. Или, допустим, яровой ячмень. Когда у нас было животноводство, был спрос – площади посевов доходили до 700 тысяч га. Сейчас меньше 300 тысяч. А напрасно – эта культура одна из наиболее засухоустойчивых. Если, допустим, весной мы имеем в метровом слое 100 мм влаги, то яровой ячмень гарантированно даст две тонны. Гарантированно. А озимая пшеница – еще вопрос.

Она выйдет потрепанная с зимовки, и будут периодические возвратные заморозки. Пшеница в полной мере испытает это на себе весной. Яровой ячмень, если мы сеем его попозже, в меньшей мере страдает от заморозков.

А в еще меньшей – яровая твердая пшеница, которая в этом году показала достойный результат. По урожайности она превзошла озимую пшеницу.

Из озимых культур, на которые стоит обращать внимание, это тритикале, рожь, которая и по пластичности, и по устойчивости к заморозкам, и с точки зрения затрат гораздо выгоднее, чем та же озимая пшеница. И еще есть такая культура, как озимый рыжик – он отличный фитомелиорант. На востоке области, да и в центре, если у вас присутствуют солонцовые комплексы, то лучшего фитомелиоранта не придумаешь.

Надо бы возделывать и твердые сорта пшеницы – она всегда, на 3-5 тысяч, а в отдельные годы и на 10 тысяч – превосходит по цене озимую и яровую мягкую пшеницу.
Но нужен стабильный рынок сбыта – это то, что могут обеспечить только власти. Сейчас на бобовые хороший спрос, другой вопрос – цена. Она очень колеблется. Возьмем, допустим, нут – хорошая засухоустойчивая культура. Но ценник опять упал до 30 рублей, а был 50. С чем это связано? Страна, которая закупает нут, ввела пошлину, и все.
[В России] резко вырос рынок сои. Но в Ростовской области она даже на орошении дает ноль, потому что затратно. Сама технология дорогая плюс на богаре почти невозможно получить урожайность больше двух тонн с га. За редким исключением, если благоприятный год. А в засуху невозможно.

- Из ваших слова получается, что мы так и будем крутиться вокруг пшеницы и подсолнечника… Где найти эти рынки сбыта? Возьмем,  к примеру, рожь – в России все меньше едят ржаной хлеб, и ее посевы сокращаются.

- В том вопрос и заключается, что надо налаживать рынки сбыта, причем, не просто зерна, а готового продукта, переработанного из той же муки, ржаной или из тритикале. Или развивать животноводство. Но эту работу надо вести не на уровне фермера. Он ее не потянет, даже холдинги, и те не могут себе это позволить.

- Это все вопросы разумной госполитики, но не уверен, стоит ли их вообще поднимать при нынешнем Минсельхозе. И все-таки: учитывая, что засуха, скорее всего, повторится и цены на пшеницу не радуют. Какие культуры будет уместно встроить в севооборот, но при этом не прогореть?

- Для каждой зоны и для каждого хозяйства это индивидуально. Но на востоке области 30-50% площадей все равно будут под парами.
Дальше по колосовым: больше 50% озимых в структуре севооборота иметь не нужно. Если мы увеличиваем площадь, значит сеем колосовые по колосовым. Это затратно и непредсказуемо в качестве предшественника.

Яровые культуры, которые представляют интерес – это пшеница, мягкая и твердая, ячмень. Кстати, яровой ячмень – культура, посевы которой мы потенциально можем увеличить до полумиллион гектар, легко. Цена на нее высокая, технологии, позволяющие обеспечивать 2-3 тонны, доступны. Есть хорошие зерноградские сорта. 

Что касается более поздних культур, то это просо. Но рынок проса непредсказуемый, поэтому лучше заранее иметь канал сбыта.

Кроме проса, востребовано сорго, причем надо помнить, что сорго есть белое и красное. Белое – менее засухоустойчивое. Появились гибриды и сорта сорго, которые можно выращивать по технологии «Clearfield», этот момент тоже стоит использовать.

Дальше – чечевица красная и зеленая, предпочтение лучше отдавать зеленой. Можно сеять и красную, но тогда лучше заранее напрямую связаться с переработчиком или экспортером. И уже считать экономику.

По масличному подсолнечнику уже понятно, что будет большой недобор, так как второй метр почвы вряд ли насытится осадками.

Там, где мы видим в этом году урожайность подсолнечника 15-25 центнеров, она получена на чередовании пар-озимая-подсолнечник. Но таких чередований мало. Если мы хотим, чтобы культура и дальше давала достойную продуктивность, их надо вводить.

В этом году мы почти не нашли полей, где можно выращивать крупноплодный подсолнечник. Если в двухметровом слое меньше 200 мм влаги, то он не получится, как бы мы ни хотели. В итоге крупноплодный подсолнечник перемещается на Кубань, Ставропольский край, в Воронежскую область. А у нас пока мертвая зона.

«Сроки сева стоит сдвинуть»

- Давайте поговорим о контурах нового сезона. Учитывая ошибки прошлого года – как вы посоветуете выстраивать стратегию предстоящей посевной?

- Ну, осенняя посевная в области уже началась, но в основном на севере. Большинство сельхозпроизводителей правильно делают, что заняли выжидательную паузу. Осадки, которые у нас прошли, коснулись в основном нескольких районов, это Усть-Донецкий, Константиновский, Багаевский. И они только спровоцировали рост и развитие падалиц.

Что касается сроков сева. Чтобы сказать, какие сроки обеспечивают максимальную продуктивность, можно ориентироваться на результаты, которые мы получаем на орошении.

В последние годы озимая пшеница здесь формирует максимальную урожайность при посеве в первой декаде октября. При том, что мы гарантированно до 15 октября получаем всходы. Но это орошаемая пашня.

В реале на богаре лучше, когда мы отодвигаем сроки посева так, чтобы семена в почве пролежали не более месяца.

Соответственно, если раньше у нас были сроки сева чуть ли не с 1 сентября, а по северу области даже 25 августа, то сейчас они серьезно передвинулись. Север области – с 15 сентября, при условии, что температура воздуха среднесуточно будет ниже плюс 17 градусов.

То есть у нас метеорологическая осень наступает при переходе через плюс 15. Так вот, за 5−7 дней до перехода к устойчивой осенней температуре мы должны начинать сев, в сухую почву. 
Но тут другой вопрос: сроки сева не всегда обеспечат гарантированные всходы. Они все равно получатся, когда появится влага.

По прогнозам, в октябре осадки практически отсутствуют. Они появятся в ноябре, и далее по прогнозу – теплый декабрь. Это значит, что мы в южной зоне области мы должны начинать с 1 октября, а не раньше.

Север – лучше после 25 сентября. Но тут все индивидуально для каждого предприятия, смотря сколько техники и за какое время посеете.

В этом году у семян невысокая натура. Масса тысячи семян – меньше 30 грамм. Такие семена глубже 4 см заделывать нельзя. Если мы в сентябре обеспечим такую заделку, то даже при выпадении 10 мм осадков будет провокационная влага. Есть вероятность того, что семена погибнут, если дальше пойдет месяц сухой погоды. Поэтому надо передвигать на более поздние сроки.

К семенному материалу вопросов, конечно, много. 

Чтобы определить норму высева, мы должны четко представлять, какого он качества. То есть не только оценить энергию прорастания и всхожесть, но и наличие болезней. Семена должны быть качественно очищены, отсортированы и протравлены.

Некоторые сеют по пять и более миллионов семян. По массе тысячи семян – что такое 5 млн? Это 150 кг в физическом весе. Вроде немного. Другой вопрос – какая норма все-таки оптимальна?
Как показывает практика последних лет, самыми продуктивными, особенно в засушливых условиях, являются посевы, которые при выходе из зимовки имеют где-то 2,5−3 миллиона растений.
Соответственно, по прошлому году: посевы, которые взошли в феврале, их с осени сеяли 5 млн. В феврале взошли 3 млн, потери 40%. Но эти семена не 30, не 60, а 150 дней пролежали в сухой почве.

Нынешняя почвенная засуха хороша тем, что производит как бы дезинфекцию, грибковые заболевания в ней уничтожаются. Семена лежат долго, если мы их качественно протравим.
Поэтому мы рекомендуем при посеве до 15 октября сеять 3,5-4 млн на глубину 3-4 см. Если же посевная передвигается на более поздние сроки, норму лучше увеличить до 5 млн, не более.
Точно так же, 5 млн, мы рекомендуем сеять для разбросного способа – когда разбрасывателем сеют, потом дискуют, потом прикатывают. Но в целом понятно, что для каждого предприятия все индивидуально.

«Удобрения – только после диагностики»

- Вы упоминали, что в этом году многие аграрии вносили увеличенные дозы удобрений, но они неактуальны в нынешних условиях. В текущей посевной – стоит ли иметь в виду, что какая-то часть удобрений не сработали, и надо ли тут экономить?

- Безусловно, это нужно учитывать. Для этого надо провести почвенную диагностику, чтобы посмотреть, сколько же там осталось. Ведь когда весной мы говорили, ребята, сделайте диагностику, потому что у нас с 2024 года оставались достаточно большие запасы минерального азота в почве, это проигнорировали. Плюс при дефиците влаги внесли еще азота. Абсолютно неразумно.

После 2-3 лет засухи у нас бывает вспышка по урожайности, потому что элементы питания накопились – и как только наступили благоприятные условия, они стали доступны для растений. Этот фактор обязательно надо учесть.

Но чтобы это понять, нужно сделать диагностику, посмотреть по каждому полю. В этом году по многим полям в хозяйствах даже при посеве не стоило вносить фосфорное удобрение.

- Давайте разберем подробнее – как выстраивать стратегию питания в этом году, с учетом опыта засухи?

- Стратегия следующая. Первое – провести хотя бы выборочную диагностику. В частности, по фосфору – после уборки предшественника, перед посевом смотрим слой до 30 см: сколько там осталось от предыдущего внесения неиспользованных удобрений.

Если это содержание, допустим, на черноземе составляет 20−23 мг на кг, то при посеве в сухую почву не надо спешить с внесением фосфорных удобрений. Отдачи от них не будет. В этом плане мы переходим на дробное внесение.

То есть при посеве мы по необходимости даем максимум 15−20 килограмм. Максимум, потому что сеем в сухую почву и не знаем, как она сработает. А весной по результатам почвенной диагностики вносим жидкие комплексные удобрения, ЖКУ. Если запасы влаги позволяют, если хорошая перезимовка, и если мы видим, что закладка по продуктивности превышает 4−5 тонн. Это по фосфору.

Теперь – по азоту.

Если так сложится, что мы посеем в сухую почву и будет сухо в октябре, а в ноябре выпадут осадки, то у нас появится 1−2 листочка в ноябре. Ввиду того, что ожидается теплый декабрь, надо сделать вторую почвенную диагностику – и внести азотное удобрение, чтобы озимая пшеница нормально развивалась до ухода в зиму.

Очень часто, особенно если речь идет о Краснодарском крае, (а там часто и зимы толком не бывает), пшеница продолжает медленно, но верно вегетировать. Поэтому при дефиците азота слабо развивается корневая система. А нам надо, чтобы она развивалась активно – от этого во многом зависит, как растение перенесет засуху.

- Давайте представим, что реалии нынешнего сезона полностью повторятся. То есть зерно лежит месяцами, дождей нет, всходов нет, не говоря даже про декабрь. Что в этой ситуации делать с питанием?

- Тогда ни в коем случае нельзя вносить разово большие дозы удобрений. В этом году в чем была ошибка? Не только в разовых высоких дозах, но и в сроках их внесения. Допустим, у нас перезимовало, осталось 3 миллиона растений, но не раскустившихся. Если мы видим, что запасы влаги меньше 80 миллиметров, то не нужно стремиться раскустить все весной. Иначе у нас не хватит влаги на формирование зерновки.

Мы должны очень ограниченно дать питание. Буквально 30−40 килограмм в д.в., чтобы озимая пшеница развивала небольшую вегетативную массу. А основной упор сделать, когда уже будет фаза выхода в трубку, и растение определится с количеством продуктивных стеблей. 

Вот тогда мы и должны дать подкормку – чтобы нам хватило на формирование урожая и влаги, и элементов питания.

- Насколько актуально в условиях жары и засухи применение микроэлементов?

- Дело в том, что микро-, мезо- и прочие элементы без диагностики в условиях засухи применять категорически нельзя. Поэтому, если мы проводим диагностику растения в фазу кущения или выхода в трубку, и видим, что какой-то конкретный микроэлемент проваливается, допустим, цинк или медь, то мы должны дать его строго в тех дозировках, в которых есть дефицит.

Не надо, как сейчас делают, давать весь набор. Если в итоге мы не устраняем нехватку конкретного микроэлемента, получается мартышкин труд. Затраты понесли, а результат не получили.

- Засуха и жара как-то влияют на выбор формы удобрений?

- Безусловно. Потому что, допустим, минеральные формы микроэлементов в засуху абсолютно бесперспективны. Они не поглощаются через листовую поверхность. Нужно применять хелатные соединения и в очень аккуратных дозировках. И период их применения очень ограниченный. Мы должны закрыть проблему до середины апреля.

Вопрос упирается не в конкретное удобрение. Как правило, сделав диагностику, мы рекомендуем сельхозпроизводителям форму элемента и дозировку в действующем веществе. А где он этот микроэлемент возьмет...

Мы можем, конечно, посоветовать, какой лучше, но тут экономика на первом месте. Мы стараемся, чтобы эти удобрения вносились в единой технологической цепочке, в виде баковой смеси с гербицидом, инсектицидом или ЖКУ.

- От каких агроприемов можно вообще отказаться, чтобы сэкономить?

- Можно сэкономить на дорогостоящих гербицидах, потому что сейчас стоимость гербицидной обработки на гектар колеблется от 300 до двух тысяч, то есть разница очень большая. На фунгицидах то же самое, разбежка от минимум 700 рублей и до четырех тысяч.

Дальше, по инсектицидам. Большинство старается применять препараты контактно-системного действия, чтобы одним приемом закрыть вопрос. Но устойчивость и количество вредителей очень часто обходят эти дозировки, и требуется еще внесение. К тому же на растущем растении всегда происходит ростовое разбавление.

Мы думаем, что мы внесли и, так сказать, обеспечили защиту. А через неделю, когда растение увеличилось в 2−3 раза, там остаточное количество препарата ничтожно. Поэтому надо это обязательно учитывать [чтобы не работать дважды или не потерять защиту].

- В этом году, да и в прошлом тоже, кроме засухи, был сценарий заморозков. Как-то можно подстраховаться от них? Что тут посоветуете делать? 

- Как показывает практика, от заморозков в какой-то мере спасает разнообразие сортов. Есть сорта, которые совершенно неустойчивы к заморозкам, а есть те, что сносно их переносят. Ну, к примеру, краснодарские Школа или Юбилейная 100 очень уязвимы с точки зрения заморозков.

И ранние сорта Еланчик, Кубань – тоже.

А вот сорт Гром вполне достойно себя ведет. Ахмат очень хорошо переносит заморозки. Поэтому нельзя сбиваться в какой-то один сорт, надо иметь разнообразие, даже если вы используете одну селекционную группу.

Ну и с точки зрения заморозков, если мы посмотрим по другим селекционным группам, вполне себя неплохо чувствуют сорта московской селекции, также это льговская селекция, воронежская. У нас некоторые хозяйства в северных районах области их сеют. 

И наши северодонецкие сорта тоже достойно себя показывают.

- Если резюмировать все, о чем мы говорили, в нескольких ключевых советах на засушливый сезон – какими они будут?

- Ну, первое – это режим жесткой экономии. Все должно производиться по минимальным затратам. Особенно, когда мы не знаем, как сложится зима. Поэтому посев озимых и основная обработка почвы должны быть сделаны по минималке.

При обработке почвы нужно ограничиться дискованием, вплоть до оставления нуля – если, допустим, поля идут под подсолнечник. А [совет] по озимым культурам – это ограничение площади посева до 50%, протравка по результатам диагностики – и внесение удобрений по результатам диагностики. Строго ограниченно, чтобы только растение заложило определенный потенциал.

Дальше, после перезимовки, вносится корректировка. Там уже будет понятно, на какие яровые культуры мы должны сделать упор, от каких лучше отказаться, и как себя вести с озимыми культурами.