Профессиональная сеть фермеров и людей агробизнеса
 

Новые технологии, перспективные отрасли, опыт → «Деньги должны работать»: в чем выгода многоотраслевого холдинга. Опыт АПК "Кубаньхлеб" [+ВИДЕО]

чт, 26.05.2022 11:40

Тридцать лет с этой идеей предприниматель Николай Лоцманов строит в Тихорецком районе многоотраслевой холдинг АПК «Кубаньхлеб» 

О своём детище – АПК «Кубаньхлеб» – Николай Лоцманов скромно говорит: «Не холдинг даже… Так, большое предприятие!» Двадцать пять тысяч гектаров, три элеватора, семенной завод, три свинофермы, бойня, колбасный цех, пекарня... За тридцать лет это хозяйство в Тихорецком районе освоило самые разные направления агробизнеса, достигнув состояния, которое называют «диверсифицированное производство».

Эта многопрофильность не раз спасала предприятие от кризисов. А ещё – доказала всем вокруг, что не нужно бояться вкладывать деньги в развитие.

Как энергетик стал кондитером

В конце 1980-х годов Николаю Константиновичу и в голову не могло прийтий, что ему, инженеру-электрику по специальности, через несколько лет придётся в родном Тихорецке поднимать сельское хозяйство. Уж очень далёкой была от него эта сфера.

– Я бывший партийный советский работник, – говорит Николай Лоцманов. – В 1989 году уехал работать в Ирак – мы строили теплоэлектростанцию возле Багдада. В 1991 году, когда началась война, нас вывезли. Я вернулся в Тихорецк и понял, что здесь уже другая страна. Прошла приватизация, всё растянули…

В этой новой стране Николаю Константиновичу пришлось начинать жизнь с нуля. 28 апреля 1992 года он зарегистрировал фирму «Кубань-Юнион-Бизнес» и начал «торговать – как все тогда торговали».

– Чем только ни торговали – брались за всё, где можно было деньги заработать. Прошли все эти этапы: бандиты, сумасшедшие проценты по кредитам, сумасшедшая инфляция… В то время рынок был дикий. Но у меня получалось.

Пригодился опыт, полученный в Ираке: я там был руководителем группы советских специалистов по закупкам на местном рынке. Азы рынка знал. Там, в Ираке, ничего не купишь, не торгуясь: это Азия, для них целый ритуал – купить что-то или продать. 

«Кубань-Юнион-Бизнес» занимался всем понемногу, в том числе и зерном. Статус житницы России подсказывал Лоцманову: нужно плотнее приближаться к сельскому хозяйству.

– Мы начали с зерна, потом стали его на муку перерабатывать, продавать муку, – вспоминает Николай Константинович. – Друзья, с которыми я работал в Ираке, отдали мне пекарню. Там, в Москве, бизнесмены быстро поднимались, это мы здесь потихоньку карабкались… Они турецкую пекарню купили, но где её в Москве поставить, и отдали мне в аренду. Мы начали выпекать хлеб, батоны, булочки. Конечно, с хлебопечения деньги шли.

"Деньги должны работать": в чем выгода многоотраслевого холдинга. Опыт АПК "Кубаньхлеб"

Всю прибыль, вспоминает Николай Лоцманов, он направлял на развитие производства. И когда «все пацаны уже себе “мерседесы” накупили», по-прежнему ездил на «семёрке». И так до 2000 года. Зато каждая вложенная в дело копеечка не раз спасала фирму в кризис.

– В 1997 году я взял в долг у итальянцев линию по производству сахарного печенья. Она стоила в то время больше миллиона долларов. А в 1998 году случился крах: доллар поднялся с шести рублей до двадцати двух. Итальянцы приехали ко мне: «Что будем делать?» Я ответил: «Забирайте линию. У меня денег нет…» Но им-то тоже смысла не было забирать. Договорились, что ещё на год отсрочку дадут. А дальше вот что произошло: после обвала рубля весь импорт из Европы прекратился, кондитерской продукции совсем не было. И у меня как попёрло это печенье! Мы по 500 тонн в месяц выпускали, люди в очереди за ним стояли. Женщинам, которые на реализации стояли, и коньяк, и чего только ни привозили – лишь бы машину загрузили печеньем. В мае 1999 года я уже полностью с итальянцами рассчитался. Дефолт 1998 года нас, конечно, поднял, продукция пошла.

Лоцманов стал приобретать и другое оборудование, наладил выпуск пряников, зефира. Выкупил здание у соседней разорившейся химчистки и там открыл кондитерский цех.

Капитал – в землю и мясо

Кондитерский бизнес дал Лоцманову стартовый капитал, чтобы заняться непосредственно сельхозпроизводством.

– Я понял, что земля не будет бесхозной вечно. Деньги, которые зарабатывали, вкладывали в землю. Купили одно хозяйство, второе – с большими долгами. Первоначально все хозяйства были убыточными,требовалось развивать материальную базу. Как-то раз ко мне директор кондитерской фабрики пришёл и говорит: «Николаич, ну что это такое? У меня на балансе – два комбайна, четыре трактора, три плуга», – смеётся Николай Лоцманов. – Кондитерская фабрика покупала технику и отдавала её хозяйству, потому что у хозяйства своих денег не было. Но потом мы всё утрясли, поправили положение дел и стали работать. А когда сельхозпроизводство начало деньги давать, мы стали кондитерской фабрике помогать.

С 2005 года АПК «Кубаньхлеб» начал заниматься животноводством. К этому решению предприятие подтолкнула политика федерального правительства: животноводам давали льготные кредиты чуть ли не под 1-2%.

– Конечно, мы хватали эти деньги – выпучив глаза бежали в банки, – вспоминает Николай Константинович. – На эти кредиты одновременно построили свиноводческую ферму и ферму для молочного скота.

Молочное животноводство, признаётся бизнесмен, не пошло. Сначала не угадали с коровами: завезли поголовье из Германии, 40 или 50 нетелей. Но все они через год «сдохли». Лоцманов полагает, что немецкие партнёры просто отдали ему «всё, что им не надо было». Потом «Кубаньхлеб» завозил голштинов из Вологды, поголовье было получше, но хозяйство всё равно каждый год приносило убытки. Покупатели молока давали низкую цену, обманывали на белке, на жирности.

– После пяти-семи лет убытков мы отказались от молочной фермы и сконцентрировались на свиноводстве, – говорит Николай Лоцманов. – На месте закрытой МТФ открыли второй свинокомплекс.

Свиноводство тоже поначалу не приносило дохода: были большие затраты, ферма не имела автоматизации – нужно было вручную и корм подавать, и навоз убирать. Но потихоньку это направление освоили. Немаловажную роль тут сыграла, конечно, персона зоотехника Виктора Петренко (сейчас – замдиректора по животноводству), которого знают и уважают далеко за пределами Кубани. На свинофермах поставили немецкое оборудование, которое теперь следит за всеми параметрами – и кормлением, и температурой воздуха, и вентиляцией.

– Всем управляет компьютер, человек там не нужен, – говорит Николай Лоцманов. – Единовременно на фермах стоит 18,5 тысячи голов, в год сдаём на убой 75 тысяч голов.

Земснаряд чистит реку Челбас

Свинина разного назначения

Многие свинокомплексы работают исключительно по модели «вырастил – продал живым весом». Это намного проще, но и рискованно, рассуждает Николай Константинович. Несколько раз бывало, что живых свиней никто не покупал. И стояли они неделю, другую – вес не прибавляется, а затраты на корма, электричество, зарплату растут.

Чтобы не рисковать, построили бойню. Теперь часть поголовья продают живком, часть – забивают и отправляют либо на реализацию полутушами, либо на глубокую переработку, в колбасный цех. В сутки предприятие бьёт около 300 голов.

– К сожалению, 90% забитых свиней продаём полутушами, только 10% колбасами, деликатесами, полуфабрикатами. Это связано с тем, что наша мясная продукция продаётся только в наших фирменных магазинах. Сегодня попасть в рынок, в сети супермаркетов невозможно. Нам такие условия создают, что нам выгоднее не производить, – объясняет Николай Лоцманов.

«Кубаньхлеб» выращивает свиней различных пород – дюрок, PIC 337, ландрас. Есть у предприятия одна хитрость: на разных фермах содержатся животные разной генетики. Более мясистые породы продаются на сторону, а те породы, что пожирнее, где больше шпика, идут в собственные магазины – такое мясо люди охотнее берут на шашлыки.

В декабре прошлого года «Кубаньхлеб» направил силы на развитие кулинарии: теперь в магазинах можно и готовые блюда купить. Николай Константинович говорит, что переработка даёт предприятию «живые деньги». Выручка хорошая, особенно перед праздниками.

Почему ушла маржа

– Свинина была прибыльной все эти годы. За счёт животноводства мы свои кассовые разрывы покрывали. Нужны деньги – 3-5 миллионов каждый день приходят, – говорит Николай Константинович. – Но теперь не знаю, куда выйдем. Корма очень сильно подорожали. У нас есть свой небольшой комбикормовый завод – это экономия в затратах. Но премиксы – покупные, лизин почти в шесть раз подорожал. Шрот – уже сто тысяч рублей за тонну.

Себестоимость свинины, которая ещё недавно составляла 105 рублей за килограмм, поднялась до 130 рублей. Это нехорошая тенденция, потому что доходы населения не растут. А покупательная способность, из опыта, у людей существенно снижается после 140 рублей за 1 кг живого веса.

Кондитерская фабрика этой весной тоже оказалась не в самом выгодном положении. Сбыт через торговые сети ставит в неудобное положение производителя: сырьё дорожает быстрее, чем сети согласовывают цены на продукцию.

– Я сказал: в убыток работать не буду. Представьте: 45 дней отсрочка платежа. Что сейчас 45 дней с такой инфляцией? – возмущается Николай Лоцманов.

Предположение «Крестьянина», что кондитерский цех работает исключительно на своём сырье, Лоцманов опроверг. Практика показала, что продавать свёклу, а когда необходимо, покупать сахар – выгоднее.

– Нам свои ресурсы, эту тысячу тонн сахара, нет смысла держать целый год – держать деньги. Деньги должны работать!
Растениеводство, которое поначалу не приносило маржи, примерно с 2010 года стало прибыльным, говорит бизнесмен.

– В 2006 году у меня было кредитов на 500 млн рублей. Когда в 2008 году случился кризис, я думал, не вытянем, просто не вытянем. Пришлось брать новые займы, друзья помогали. А в 2010 году мировая цена на пшеницу дошла до 300 долларов за тонну и даже больше. Нам удалось продать пшеницу очень дорого – а ведь основные деньги на пшенице делаются, – вспоминает Николай Лоцманов.

Сейчас же, сетует бизнесмен, государство бьёт растениеводов по рукам: даже при мировой цене в 500 долларов больше 200 долларов российские аграрии за тонну пшеницы не получат, потому что ограничены демпфером.

– Мы товарную пшеницу из севооборота практически выводим. Выращивать её в принципе невыгодно стало: затратный механизм такой, что себестоимость высокая будет, а рентабельность – низкой. Рентабельность должна быть 80-100% – вот тогда интересно работать.

Семенное хозяйство с полным спектром

Николай Константинович уточняет: товарной пшеницы в АПК «Кубаньхлеб» мало, потому что все три хозяйства занимаются семеноводством. Холдинг много лет сотрудничал с Национальным центром зерна им. П.П. Лукьяненко, и под руководством академика Людмилы Андреевны Беспаловой холдинг начал выращивать озимую пшеницу на семена. Сегодня в производстве АПК «Кубаньхлеб» – 27 сортов пшеницы краснодарской селекции. Высокая агротехника – заслуга замдиректора по растениеводству Виктора Цыбульникова и главного агронома хозяйства Андрея Шевченко.

– В 2019-2020 году мы построили семенной завод на нашей базе в станице Краснооктябрьской. Это было сложное решение – долгов набрали и всё прочее. Но построили. В прошлом году реализовали 14 тыс. тонн семян пшеницы, 1,3 тыс. тонн семямн гороха, подработали 1,5 тыс. тонн семян льна, – рассказал Николай Лоцманов.

Об уникальности завода «Крестьянин» уже рассказывал: компания Petkus по заказу Лоцманова так расположила части оборудования, что АПК «Кубаньхлеб» получил универсальную линию, которая может подрабатывать семена и пшеницы, и подсолнечника, и кукурузы, и гороха, и льна. А ещё в прошлом году здесь подработали больше тысячи тонн семян сои – правда, по давальческой схеме. На богаре в Тихорецком районе эта культура урожая не даёт, так что сою агрокомплекс из севооборота убрал. Так же пришлось поступить и с кукурузой: при урожайности 40 ц/га возделывать её оказалось нецелесообразно, поэтому оставили культуру на небольшой площади, только для нужд животноводства.

Впрочем, и здесь Лоцманов нашёл, как выйти из положения: в этом году АПК «Кубаньхлеб» отдаёт под орошение первые 800 гектаров сельхозугодий. 

– Будем выращивать под поливом кукурузу на зерно. Уже договорились с НЦЗ им. П.П. Лукьяненко – нам дали родительские формы на 45 гектаров. Заключили соглашение с ВНИИМКом – возьмём у них, помимо кондитерского подсолнечника, сою на семена. И станем семенным хозяйством с полным спектром культур, – говорит Николай Константинович.

Глава «Кубаньхлеба» рассказывает, что получил разрешение на водозабор из речки Челбас 3,5 кубометров воды.

– Но я-то знаю, насколько «полноводная» это река. Летом она может совсем пересохнуть. Гидрогеологи, которых мы сюда вызывали, промерили грунты и выяснили, что на дне Челбаса – три метра ила. Он образовался здесь ещё в 1970-х годах, когда на юге были сильные пыльные бури. Мы решили речку расчистить, чтобы раскрыть родники, которые есть под этим илом.

Земснаряд, построенный по заказу АПК «Кубаньхлеб», ещё в марте начал откачку ила в пульпочек. Всего очистить придётся 2,7 км русла в станице Краснооктябрьской.

– Интересно, что речка эта – федерального значения. Её государство должно чистить, по идее, – говорит Николай Лоцманов. – Но оно этого не делает. В орошении государство участвует, затраты на полив компенсирует. А где воду взять – проблема моя.

…Владимир Ганжа, управляющий ИП Лоцманов Н.К. и глава семенного завода, рассказывает, что когда «Кубаньхлеб» в 2011 году впервые «пришёл» в станицу Краснооктябрьскую, до базы невозможно было доехать. Три километра дороги было построено ещё при колхозе им. Мичурина – и весь этот путь был в ямах. Поэтому хозяйству сначала пришлось вложиться в строительство дороги, потом – протянуть новую электролинию (тянули к базе, но поменяли провода всей улице). Потом Николай Константинович придумал давать гранты жителям села на социальные проекты (парк обустроить, остановку сделать). Так потихоньку и преобразилась станица, которую жители стали между собой называть «Лоцмановкой».

Теперь у Лоцмановки будет ещё и полноводная речка. А у растениеводов – отечественные семена кукурузы.

Тихорецкий р-н, 
Краснодарский край

Статья опубликована в газете "Крестьянин" № 16 от 20.04.2022 под заголовком: «Деньги должны работать!»
+1
0
-1
Комментариев: 0

 

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать.

Новости партнёров