Профессиональная сеть фермеров и людей агробизнеса
 

Разное → Путь к свободе у всех один: Agrobook.ru в гостях у американских фермеров

+1
0
-1
Автор: Inga
вт, 29.01.2019 13:56

Американские фермеры испытывают те же проблемы, что и российские, но решают их по-другому

Часто слышу, как сравнивают условия работы фермеров в России и за рубежом: где какие субсидии и банковские проценты, у кого какие налоги, затраты на топливо... Но определяется ли успех аграрного производства только этими факторами или есть что-то ещё значимое?

Из фотомоделей в фермеры

В конце прошлого года я как участник образовательной программы для журналистов побывала в США. Это было интересное путешествие: полезно сравнить условия работы коррес­пондентов в России и за океаном, познакомиться с бытом средней американской семьи. Но самым ярким впечатлением для меня стало посещение двух фермерских хозяйств, которое организаторы устроили специально по моей просьбе. 

Возможно, два хозяйства в одном штате не повод делать серьёзные выводы и обобщения. Но эти визиты сломали мои стереотипы. Я представляла себе американского фермера грубоватым мужчиной средних лет в ковбойской шляпе и сапогах. Наподобие героев вестернов, он должен открывать двери ногами, а своё недовольство выражать щёлканьем кнута.

Каково же было моё удивление, когда я познакомилась с блондинкой своего возраста. Валери – уроженка Чикаго, работала фотомоделью. Наверное, не один модельер мечтал представить новую коллекцию именно на ней. Сейчас любимая одежда Валери – джинсы и трикотажные блузки. Выходя в поле, она надевает кожаную шляпу в стиле Индианы Джонса.

Георгий Самутин – уроженец СССР, архитектор и эксперт по недвижимости в США, помогает жене на семейной ферме

Валери замужем за русским парнем Георгием Самутиным. Они познакомились в Москве, ещё будучи студентами, в 1987 году. Долгое время жили в Чикаго и занимались продажей недвижимости. Экономический кризис заставил их пересмотреть жизненные планы и переехать в деревню. Они купили 65 акров (это чуть больше 26 га) вблизи Шелбивилля, штат Кентукки, и построили дом при ферме: американское законодательство это позволяет.

Ещё на подъезде к их владениям я поймала себя на мысли, что не хотела бы оказаться тут в тёмное время суток. Окружённая лесами ферма прилично удалена от цивилизации. 

Дорога к ней грунтовая, по-российски ухабис­тая и заросшая травой. На территории самого хозяйства нет тротуаров, местами сквозь заросли трудно пройти.

– Когда мы пришли на эту землю, здесь не было ни дороги, ни электричества, ни воды, ни дома, – рассказала Валери. – Всё это нам пришлось делать самостоятельно, потребовались годы тяжёлого труда.

Бывшая городская жительница перепробовала немало видов деятельности в поисках того, что будет приносить доход. Выращивала зелень и овощи в теплице, держала кур и коров. 

Всю работу Валери выполняет своими руками. Призналась, что прежде ей было легче, потому что был свой трактор. Но его пришлось продать, а купить новый пока дорого. Для ухода за пастбищами владелица фермы просит трактор у соседа.

К мысли о новом, перспективном направлении она пришла совершенно случайно.

У Георгия хобби – кулинария. Однажды они захотели приготовить блюдо, которое им понравилось на свадьбе: ягнёнок, маринованный в гранатовом соке, жаренный на открытом огне. 

Долго искали в магазинах подходящее, органическое мясо – и не нашли.

– Поразительно, но до войны (в США гражданская война была в 1861-1865 гг. – Прим. авт.) штат Кентукки был лидером по производству баранины, – говорит Валери. – Мясом снабжали всё восточное побережье, от Нью-Йорка до Флориды! Сейчас баранина в дефиците.

По словам Валери, во время войны солдат кормили тушёнкой из баранины, и когда они вернулись домой, на это мясо никто смотреть не мог. Деликатесом в те времена считалась курятина, потому что кур держали только в небольших хозяйствах. Развитие промышленной технологии содержания птицы стало «мясной революцией». Курятина заполонила рынок, и вот, по данным Валери и Георгия, 75% американцев в их штате никогда в своей жизни не пробовали баранину.

«Прошутто» из баранины

Увлёкшись идеей возрождения отрасли, Валери стала искать технологии содержания животных, которые обеспечат наивысшее качество мяса.

– Обожаю праздники, которые мы превращаем в кулинарные шоу: мы жарим ягнёнка в камине или на улице, на большом костре. Приглашаем известных поваров. Но если животные едят только траву на пастбище, их мясо становится безвкусным, как картон, – считает хозяйка фермы.

Она общалась со многими генетиками и остановила свой выбор на породе катадин, выведенной в США во второй половине ХIХ века. Это мясная порода, которая не требует стрижки, потому что животные линяют. Другая их особенность – устойчивость к заболеваниям.

Животные на пастбищах круглый год в загонах, ограждённых электрическим кабелем под напряжением. От койотов и других хищников их защищают собаки породы акбаш.

Овцы мясной породы катадин не требуют стрижки и набирают вес до 115 кг

Для того чтобы мясо овечек было вкусным, Валери совместно со специалистами подобрала оптимальный рацион: определённый состав трав и зерно. Хозяйка гордится тем, что мясо, произведённое на её ферме, без антибиотиков и гормонов.

Племенных ярочек и баранов она знает по именам.

– У них хорошая жизнь: свежий воздух, солнце, вкусная еда. Мы стараемся создать для них максимально комфортные условия. И мы благодарны им за то, что они нам дают, – рассказала Валери.

В возрасте 6-8 месяцев товарных животных взвешивают и отправляют на убой. Мясо с фермы Валери пользуется большим спросом в элитных ресторанах Нью-Йорка. Но амбициозной селянке этого мало. Несколько лет назад она создала кооператив, в который предлагает вступать всем овцеводам.

– Мы пока не берём плату за членство, потому что заинтересованы в расширении. Главное требование – соблюдать технологию, так как это очень важно для получения мяса наивысшего качества. Членство в кооперативе даёт множество преимуществ: мы можем дешевле оптом закупать корма и всё, что нужно для фермы, а также сдавать мясо по более выгодной цене!

В настоящее время в кооператив пожелали вступить 20 фермеров, суммарная численность поголовья овец у членов кооператива – 1 000 голов. Объединение даёт им шанс претендовать на крупные госконтракты, например, по линии минобороны США – об этом мечтают все американские сельхозпроизводители.

– Но как удалось вам заставить людей поверить в успех вашей технологии и вступить в кооператив? – спросила я, зная как трудно сделать что-то подобное в России.

Валери посмотрела в ответ с недоумением: «Девиз нашего штата: «United we stand, divided we fall» («Объединившись, мы выстоим, порознь – падём»». – Прим. авт.). Я просто говорила с людьми, рассказывала о своих идеях и предложениях. Думаю, они поверили мне, но главное – каждый считает деньги. Если моё предложение помогает им зарабатывать больше, то почему бы им его не принять?»

Мне удалось узнать, что в магазинах Америки баранина продаётся по 19-25 долларов за фунт, что соответствует 2800-3700 рублей за килограмм – дорого даже для США, где объёмы потребления мяса одни из самых высоких в мире. Валери объясняет это тем, что пока баранина остаётся премиальной продукцией. Но одна из миссий, которую она ставит перед собой – сделать её более доступной.

– Мы возрождаем старинные кулинарные рецепты тех племён, которые изначально населяли штат Кентукки, изучаем традиции употребления баранины других народов мира. На одно из кулинарных шоу мы приглашали повара из Узбекистана, который готовил удивительно вкусный плов, – вспоминает Валери. – Наша цель – найти кулинарные рецепты, которые позволяют готовить барашка «от носа до хвоста», это снизит стоимость мяса для потребителя. Также мы ищем способы приготовления вяленой, копчёной или солёной баранины. Ведь есть даже рецепты блюд из баранины наподобие итальянского прошутто!

Штат мятлика и лошадей

Кентукки называют «штатом мятлика». Природные условия способствуют развитию здесь животноводства. Вот почему поля, засеянные пшеницей, здесь редкость. Чаще попадаются огороженные пастбища.

Вторая ферма, которую я посетила, – лошадиная. Её владелец, Стивен Камарильо – бывший полицейский из Калифорнии. В Америке его многие знают, потому что он конвоировал на суды известного убийцу Чарльза Мэнсона. Выйдя на пенсию, Стивен решил сменить место жительства и инвестировать накопленные сбережения в покупку фермы.

Полицейский на пенсии Стивен Камарильо купил конюшню в 2015 году и получает удовольствие от работы в мастерской

Стивен занимается разведением породы, которая называется американская верховая (Saddlebred). Это визитная карточка штата. Лошади отличаются специфичной стойкой, высоко поставленным хвостом и четырёхтактным аллюром «рэк».

Бывший полицейский рассказывает, что первоначально владельцы фермы разбогатели на камне, месторождение которого нашли на своём участке. Он очень красив и прочен, используется для мощения тротуаров и отделки внутренних помещений. На обустройство фермы, по его подсчётам, ушло свыше миллиона долларов. Её площадь составляет 20 акров (8 га) земли.

Ферма зарабатывает, прежде всего, на продаже лошадей: самая дорогая кобыла, которая живёт здесь, оценена в 150 тысяч долларов. Часть лошадей принадлежит богатым и известным людям, за аренду конюшни они платят 450 долларов в месяц. Услуги тренера для лошадей обходятся дополнительно в 400 долларов ежемесячно. Ещё один источник заработка для фермы – обучение всех желаю­щих верховой езде, это стоит 45 долларов за полчаса.

Интересная деталь: цену лошади определяет тренер, подобно тому, как художник сам называет стоимость своей картины.

На ферме Стивена сейчас содержится 50 лошадей. Владелец фермы не готов говорить о своих доходах, но признался, что пока они не велики. Ему достаточно, что ферма себя окупает, но он ищет более выгодные инвестиции. Скорее, это занятие для души: конезаводчика увлекают работы в конюшне. Многое он делает своими руками, например смастерил лестницу на второй этаж, где над денниками обустроено кормохранилище, реставрирует сбруи и различную утварь.

– В Кентукки есть ассоциа­ция, которая объединяет конезаводчиков, но я в ней не состою. Я не получаю никаких субсидий от государства, но участвую в социальной программе, суть которой состоит в помощи инвалидам и солдатам – верховая езда благотворно влияет на здоровье. Я не получаю за это плату и не беру деньги с туристов за посещение, – сказал Стив.

В конце нашей встречи Стивен попросил оставить автограф на специальной доске, исписанной благодарными посетителями со всех уголков Америки, и поделился своей мечтой: «Помимо лошадей Кентукки также известен бурбоном (крепкий алкогольный напиток на основе кукурузы. – Прим. авт.). Но почему-то крупнейший в штате производитель бурбона на своём логотипе использует изображение другой породы лошадей, не Saddlebred. Я не понимаю, почему это так. Ведь объём рынка этой породы оценивается в 10 млрд долларов. Это капиталоёмкая индустрия и национальная гордость. Надеюсь, я добьюсь того, что изображение Saddlebred станет украшением брендов, использующих символику штата».

«United we stand»

О том, как в целом ощущают себя американские фермеры, мне рассказал директор Института сельской журналис­тики профессор Ал Кросс из Университета Кентукки: «Америка сельская и Америка городская – это две разных страны с совершенно разным образом мысли и интересами».

По словам профессора, именно сельская Америка голосовала за Трампа и его лозунг «Сделаем Америку великой снова!». Дело в том, что ситуа­ция в сельском хозяйстве страны оставляет желать лучшего. Из-за погодных условий фермеры вот уже четыре года недополучают урожай, кроме того, цена на него сильно упала из-за торговой войны с Китаем.

– Мой тесть продал в прошлом месяце соевые бобы по восемь долларов за бушель (в пересчёте на наши деньги это 12 рублей за кг. – Прим. авт.), а до торговой войны они стоили 10,5 доллара. Кроме низкой цены фермеры недовольны высокими налогами, – рассказал Ал Кросс.

Как же американцы решают свои проблемы? Через различные объединения. Вот почему лозунг штата Кентукки «United we stand...» является универсальным для всей страны. Одна из крупнейших организаций, которая лоббирует интересы сельхозпроизводителей на государственном уровне, – Федерация фермерских бюро, она объединяет около четырёх миллионов членов. Благодаря такому лобби аграрии чувствуют себя защищёнными: они получают компенсации, если рыночная цена на урожай ниже установленного минимума (по программе страхования). Есть также выплаты по программе консервации земель – если почвы подвержены эрозии, производителям платят компенсацию за невозделывание на них сельхозкультур. Ещё одна помощь сельским бизнесменам – льготные кредиты представителям малого бизнеса под 3% годовых и ниже.

– В настоящее время в обществе идут дискуссии, нужно ли поддерживать сельское хозяйство на таком уровне (объём государственных выплат фермерам в США составляет 60 млрд долларов в год. – Прим. авт.). В Конгрессе не раз звучало предложение свернуть программы и сократить выплаты, – рассказал Ал Кросс. – Но пока это не происходит и поддержка сельского хозяйства остаётся приоритетом госполитики. Все понимают: сохранение сельских территорий – залог экономической стабильности. Любая страна нуждается в продуктах питания, воде, энергии, местах отдыха. Всё это базируется не в городах, а в сельской местности. Поэтому я уверен, что в будущем эти территории будут оберегать и развивать.

Свобода как основа благополучия

Однако фермеры, с которыми я общалась, не получают помощи от государства. Также как и многие мои знакомые в России, американцы опасаются лишнего бюрократизма и предпочитают надеяться только на себя.

Я попыталась сравнить расходы и доходы американских и российских фермеров, но Георгий Самутин, муж Валери, предостерёг от прямых сопоставлений. Ведь помимо чистой бухгалтерии предприятий есть такой немаловажный фактор, как покупательная способность населения: если в Кентукки средний доход составляет 40 тысяч долларов в год, понятно, что спрос на премиальную баранину или услуги верховой езды гарантирован.

Семья Самутиных любит устраивать кулинарные шоу. Американцам понравился плов, приготовленный узбеком

– Трудно оценивать и другие условия: оформление разрешений на строительство, бурение скважины для воды, ветконтроль и сертификация продукции – всё это здесь тоже нелегко и требует от нас больших усилий, но это рабочие моменты, которые мы стараемся решать по мере их поступления, – рассказал Георгий.

Важно, наверное, другое: Валери назвала своё предприятие «фермой свободы». Для неё это возможность заниматься любимым делом и «творить рай своими руками». Владелец конюшни Стивен, проработав всю жизнь охранником в самых больших тюрьмах страны, тоже много размышлял о свободе и несвободе.

– Ограничения и барьеры – внутри нас. Это страхи, неуверенность в себе, недоверие к другим людям, – считает Стивен. – Путь к свободе один – не видеть препятствий в осуществлении своих целей, не бояться делать то, во что веришь, и работать, работать, работать. 

Понятие свободы ключевое для всех американцев. Именно её называл основой благополучия известный философ и экономист Адам Смит в исследовании о том, почему одни народы живут богаче, а другие беднее: это определяется степенью внутренней свободы человека. Задача же государства и общества – гарантировать свободу торговли и конкуренции, защитить право собственности. Думаю, этот фактор не менее значим, чем объёмы государственной поддержки. А путь к свободе, как показала жизнь, по обе стороны океана один.

г. Луисвилль, США
Фото автора

Статья опубликована в газете "Крестьянин" № 5 от 30.01.2019 под заголовком: «Путь к свободе у всех один»
+1
0
-1
Автор: Inga
Комментариев: 0

 

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать.

Новости партнёров