Профессиональная сеть фермеров и людей агробизнеса
 

Жизнь на селе → Жители станиц и хуторов, примыкающих к будущему Багаевскому гидроузлу, отказываются понимать, какое счастье им привалило

+1
0
-1
Автор: Anna
пт, 23.06.2017 09:05

Работа над проектом идёт полным ходом: срок сдачи – 31 декабря нынешнего года. Мы уже подробно писали о том, что реализацию этого грандиозного замысла откровенно продавливают, не обращая внимания на протесты подавляю­щего большинства ростовских (и не только) учёных. Писали мы и о некоторых странностях, связанных с Багаевским гидроузлом: например, о том, что ещё задолго до конкурса руководитель московского АО «Акватик» точно знал, что этот выгодный проект достанется его фирме (см. материалы «Дон завяжут на узел», № 23 за 2016 г. и «Тринадцать футов под килем», № 11).

На недавнем заседании Морского совета Ростовской области состоялся примечательный диалог между губернатором Василием Голубевым и руководителем Азово-Донской бассейновой администрации Сергеем Гайдаевым. Речь шла о важности «скрупулёзной и тонкой работы с людьми», дома и земля которых попадают в зону строительства и затопления. «Постоянное и полное информирование» жителей, по мнению губернатора, должно «закрыть тему земли» ещё до окончания экспертизы проекта. 
Даёт ли тонкая работа свои результаты? Прониклись ли затопляемые важностью государственной задачи? Чтобы узнать это, я отправилась в Багаевский район.

Здесь болото, там болотце...

– Мы не устраиваем митингов. Мы добиваемся, чтобы всё было строго по закону. А у проектировщиков не получается по закону. Они начинают изыскания без лицензии, бурят дно во время нереста рыбы... Мы привлекаем прокуратуру – и она находит наши жалобы обоснованными и накладывает штрафы, – говорит Юрий Малик – директор ООО «Донская гроздь», винодел, известный далеко за пределами Ростовской области, и один из самых активных членов инициативной группы, отстаивающей интересы затопляемых. 

В окрестностях Манычской заболачиваются ранее плодородные земли

И дом, и виноградники Малика находятся в стороне от зоны строительства и затопления, но от подтопления грунтовыми водами и других неприятностей его, как и других жителей станицы Манычской, никто не спасёт. Он – физик по образованию – хорошо помнит закон сообщающихся сосудов:

– Вдоль берега собираются сделать защитные сооружения – дамбу. Но эта защита не спасёт от подтопления: уровень грунтовых вод всё равно повысится. Весной будем плавать.

Те, чьи земли и другое имущество попадают в зону стройки или уйдут под воду, получат компенсацию (насколько она адекватна – это другой вопрос). А все остальные будут терпеть последствия работы гидроузла совершенно бесплатно.

Мы колесим вместе с Маликом по окрестностям станицы, и он показывает, сколько заболоченных участков появилось здесь за последние десятилетия. Причин тому множество, но одна из главных – чрезмерная зарегулированность не только Дона, но и малых рек, где плотины и рыболовные пруды появляются прямо-таки сами собой. 

Юрий Малик

– Здесь отличная земля, – Юрий Вадимович показывает на поле, заросшее камышом. – То есть была бы отличная, если бы уровень грунтовых вод опустился на пару метров.

Черпать – не вычерпать

– Строительство гидроузла – абсолютная глупость, – уверен Игорь Сидякин, директор ООО «Багаевское». – Нам объясняют: «Это дело государственное…» А какое оно государственное? Пароходы не государственные, а частные. Кто-то хочет заработать денег, а я, наоборот, должен их потерять. С какой стати?

– Для вашего хозяйства какие будут последствия?

– Из трёх тысяч га земель сельхозназначения две тысячи будут подтоплены. Не затоплены, а подтоплены грунтовыми водами, и там ничего не сможет расти. Вот тут дорога, – показывает рукой Игорь Фёдорович, – а вот тут будет стоять вода, будут летать комары.

– Но, может быть, кто-то хочет продать дом, землю? Получить компенсацию? 

– Никто не хочет! И я подписал коллективное письмо против строительства, и мои механизаторы подписали –больше трёх тысяч подписей. Земля нас кормит, причём достаточно, чтобы нормально жить. Если поднять уровень Дона, мы потеряем всё, что имеем. 

– Да у нас все против, – сказал лодочник Серёга, перевозивший меня на другой берег Дона. – Нет, вспомнил, есть один дурачок, который говорит: «У меня вода в колодце слишком глубоко, а теперь будет удобно черпать». 

Затопленные подвалы, рушащиеся крыши

Хозяйку местного магазина Елену Усову, по её словам, власти разных уровней обвиняют в том, что она поднимает смуту, «чтобы покрасоваться». 

– Чем красоваться? – недоумевает Елена. – Я же обычный человек. Это Вадимыч (Малик. – А.К.) у нас образованный, знает все технические детали.

К Елене в магазин ходит вся станица, и она действительно всегда в центре событий. И когда стало ясно, что «группу активистов Манычского поселения» нужно зарегистрировать как общественную организацию (это даёт хоть какие-то права и помогает получать информацию), то председателем выбрали именно её. 

Елена Усова

– Я приехала сюда шестнадцать лет назад – вышла замуж. Тогда тут жили в основном одни бабульки. Потом и их не стало – у нас по соседству пять домов стояли пустыми, – рассказывает Елена. – Сейчас только ожила станица, появились рабочие места, молодёжь стала оставаться, заводить детей… И к нам приезжают люди из разных мест – сейчас же в моде экологический туризм. Как-то выхожу на берег – стоит палатка. Смотрю – женщина, у неё на руках грудничок, ещё двое рядом бегают. Оказывается, приехали из Тамбова – муж с женой, дедушка и трое деток. А ещё у нас в округе полно бедных хуторов, жители которых не могут повезти детей на море или отправить в лагерь. Дон для них – единственная возможность дать детям искупаться. Единственное счастье – и то хотят отобрать. Вот мы и боремся, чтобы наш Дон оставили в покое. 

 Проблем хватает и без гидроузла: баржи, сливающие мазут прямо в реку, отсутствие нормального водопровода (вода только техническая, прямо из Дона, да и то не у всех) и очистных сооружений. Предложение местных властей организовать подвоз питьевой воды и Елена, и другие станичники воспринимают как издевательство: жить на берегу Дона и покупать втридорога воду из бочек? А огороды? А скот? 

– Даже когда наш маленький Манычский гидроузел поднимает уровень воды, на некоторых улицах станицы поднимается вода, – продолжает Елена. – В прошлом году был высокий уровень воды в Дону – мы проводили мониторинг, ходили по домам, смотрели, спрашивали... И зафиксировали, что в хуторе Арпачин на пяти улицах вода поднялась до одного метра. А что будет, когда построят гидроузел? Затопленные подвалы, гниющие стены, рушащиеся крыши… И никаких компенсаций – это же не зона затопления. 

Конец прежней жизни

Рита Филимонова приехала в станицу Манычскую спасать сына. У него тяжёлый неврологический диагноз: в Ростове это означало регулярные приступы, иногда заканчивающиеся отделением реанимации. А здесь, в станице, ему намного лучше. Люди относятся к нему абсолютно нормально – не то что в большом городе. И он растёт общительным и жизнерадостным. 

Сейчас из сада Филимоновых открывается замечательный вид на Дон и острова. Но скоро один островок полностью уйдёт под воду – там сделают временное русло. А на другом разместятся шлюзы. 

– Мы к Дону относимся, как к живому, – говорит Рита. – У каждого свой кусок берега – мы сажаем цветы, сделали пляж, беседку. И это открыто для всех. А сколько у нас зверей и птиц! И бобры, и цапли, и косули…

Уйдут ли их большие и красивые дом и сад под воду, пока непонятно: участок Филимоновых как раз на границе, а карту затопления постоянно корректируют. Но в любом случае это будет конец прежней жизни:

– Почему транспортники хотят решить свои проблемы за наш счёт? Я построила этот дом – почему я должна его лишиться? Неужели ради того, чтобы кто-то проплывал мимо на пароходе, мы должны отдать то, что нам дорого? 

Поражает Риту ещё вот что. Когда изыскатели начали бурить дно, к ним подъехали сотрудники рыбоохраны и потребовали разрешение. И оказалось, что никакого разрешения нет:

– Они убежали, как школьники! Вроде бы такой грандиозный проект государственного масштаба – и так позорно себя ведут. И к нам ещё предъявляют претензии: не даёте работать, забодали штрафами.

– Угрозы, которые несёт строительство гидроузла, замалчивают, – продолжает Рита. – Зато не скупятся на пустые обещания. Ещё на первом сходе в 2012 году обещали новые рабочие места. Я ещё тогда говорила: «Ребята, вы их не получите, вы же все работаете в сельском хозяйстве, у вас нет нужной квалификации».

Так и вышло: для сотрудников уже строят специальный посёлок, потому что все они приезжие. 

* * *

А тем временем территорию будущего гидроузла обследовали археологи. Этого требует закон в том случае, если строи­тельство ведётся там, где под землёй предположительно находится памятник археологии. Раскопки, проведённые НП «Южархеология», показали, что на участке, где планировался рыбопропускной канал, находится многослойный археологический памятник, возраст которого около семи тысяч лет. 

Как сообщил нам научный сотрудник НП «Южархеология» Андрей Цыбрий, проектировщики уже перенесли трассу канала. Какие ещё потребуются корректировки, будет известно не раньше конца июня. 

Господа наверху! Может, всё-таки ну его, этот гидроузел? Даже древние люди – и те возражают. 

Фото автора

Статья опубликована в газете "Крестьянин" № 24 от 14.06.2017 под заголовком: «Оставьте наш Дон в покое!»
+1
0
-1
Автор: Anna
Комментариев: 0

 

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать.

Новости партнёров